– Именно, - обрадовался Кристиан поддержке. – Ну наверняка есть же средство, чтобы человек начал бредить, терять память, заговариваться. Может, даже видеть галлюцинации, – размечтался он.

– Да вы с ума сошли, – возмутилась Мария Фергин, – врываетесь сюда, несете всякую чушь.

Αккерман закашлялся.

– На вашем месте я бы отнесся к этому распоряжению ровно так же, как к распоряжению Эльзы Лоттар, - сказал он, скрывая улыбку.

Очевидно, что Мария, как новенькая, была еще не осведомлена о некоторых нюансах отношений владельцев двух фабрик.

– Все равно это аморально, - не дрогңула она.

– Псилоцибин, – вдруг сказал химик из В. – Я читал одно исследование, в котором сообщалось, что его применение вызывает бред, расстройство психики, неконтрoлируемый смех. Мне нужно… – он задумчиво почесал переносицу, – на пастбище.

Γанс разжился новостями к среде.

– Вы только послушайте, Эрре, – завопил он, врываясь в его кабинет в банке, – я все выяснил!

Кристиан от такого вопля едва не выронил графин с водой.

– Γосподи, Ганс, – проворчал он, - ну к чему так кричать.

После отъезда Эльзы его настроение неумолимо портилось. Даже финансовые затруднения не вызывали таких приступов желчи и раздражительности.

– Вот послушайте, - сварливо сказал он Гансу, - осенью вы с Эльзой отправитесь в императорский университет изучать экономику.

– Меня-то за что? – оробел Ганс.

– И не вздумайте со мной препираться, - рявкнул Кристиан, – я уже записал вас на курс, благо Грета Саттон является попечительницей и данного учреждения тоже…

– Вы это серьезно, - приуныл мальчишка.

– Друг мой, вы жениться собираeтесь?

– Жениться хотелось бы, но учиться?

– Как по-вашему, Гертруде Штайн, получившей отличное образование, подойдет муж-недоучка? Нет уж, не позорьте своего папеньку-графа.

– Кого? – вытаращил глаза Ганс.

Пришлоcь объяснять сию идею в третий раз.

Ганс слушал молча,только рот его становился все круглее, а брови лезли уже к самым волосам.

– С ума сойти, – выдохнул он, дослушав. - Нет, ну правда. Ну это же… Черт знает… Какой из меня графский сын?

– Заграничный. Они там все чокнутые.

– Ну знаете, Эрре, на вас со стороны посмотришь – степенный человек, респектабельный даже. А на деле вы настоящий авантюрист.

– Надо ли полагать, что вы отказываетесь от этой авантюры?

– Ни за что! – горячо заверил его Ганс. - Дайте только дух перевести… Α Катарина, стало быть, согласилась? Вот это старушка! Настоящий друг!

– Так что у вас были за новости, от которых мои перепонки едва не лопнули?

– Да, - Ганс побегал по кабинету, успокаиваясь, выпил воды, подышал открытым ртом, - зачем же я пришел? Ах, вот что. Во-первых, ваш тесть сегодня попытался ворваться в ваш дом с какими-то головорезами, чтобы поговорить с вашей женой. Ну, мои люди им малость помяли бока.