– Деточка, – не утерпела во время пира Кира, – тебя не смущает неуместность подобного наряда на веселом празднике?

– Наоборот, Кира Григорьевна, – слишком резко отреагировала Соня, – подружка должна быть в темном, чтобы не затмить невесту.

Кира поджала губы, но не сочла нужным продолжать разговор. Ей было отлично понятно, по какой причине Соня вырядилась вороной: Работкина влюблена в жениха, она сейчас хоронит свои надежды.

– Гадкая девица, – подвела итог Кира, – очень неприятная особа. Жаль, Лялечка, светлая девочка, не понимает, с кем имеет дело.

– Значит, Любови Работкиной на похоронах нет? – решил я остановить поток совершенно ненужных сведений.

– Нет, – фыркнула Кира, – Соня стесняется матери. Впрочем, есть чего смущаться! Люба бывшая актриска, так, неудачливая лицедейка, карьера на сцене не сложилась, так она доигрывает в жизни. Абсолютно не умеет себя тактично вести! Сейчас бы уже лежала на гробу с воплями, перетянула бы на себя одеяло. Я ее очень, очень давно не видела, но, предполагаю, Любочка со временем стала только хуже!

Выслушав мой краткий отчет о погребальной церемонии, Нора забрала диктофон и поинтересовалась:

– Значит, со слов Киры, Люба сейчас находится в интернате.

– Это не дом для престарелых, – пояснил я, – на Ильинском шоссе имеется санаторий, старшая Работкина живет там.

Элеонора кивнула:

– Иди пока, попей кофе.

Я отправился на кухню, где обнаружил странно возбужденного Одеялкина с трехлитровой банкой, полной отвратительных тараканов.

– Во! – воскликнул он. – Ща я их метить стану! Ваньша, хочешь помочь? Да не пугайся, это дело простое, хватаешь его вот так, за спинку.

– Нет-нет, я очень занят. А Нора в курсе, чем ты занимаешься? – быстро спросил я.

Одеялкин ухмыльнулся:

– Она ж на кухню не заглядывает. А ты, Ваньша, особо не болтай, иначе я Николетте про джокера расскажу.

– Про кого? – пришел я в изумление.

– Про джокера, – охотно пояснил Леха, – вон он там, под стаканом, отдельно сидит.

Я перевел взор влево и увидел насекомое, раскрашенное как матрешка: голова «золотая», спинка синяя с белым, нижняя часть тела – красная.

– Это ихний главарь, – пояснил Леха, – самый крутой, над всеми начальник, ему стадо подчиняется! Может приказать не только омолаживателями работать, но и старителями, просек фишку, Ваньша? У кого джокер живет, тот всем бабам элементарно нагадить может! Я сначала обычных молодильных жуков продам, а уж потом джокера на торги выставлю! Думаю, за него столько получу! Похоже, дамочки за то, чтобы подружка на печеное яблочко похожа стала, и миллиона не пожалеют. Главное, не продешевить!

– Не смей пускать в дело джокера! – возмутился я.