— А потом можно и на озеро сходить? Да?

— О, да, — приподнимаясь, произношу я. Ровняюсь с Таней и притягиваю ее к себе.

— Ну вы опять начинаете?

— Ты. И нет, не начинаю. Я сено из твоих волос убираю.

— Что-то незаметно.

— Вернемся в город, сходим к окулисту, — усмехаясь произношу я, доставая из Таниной копны каштановых волос сено.

— Спасибо, и за будущего окулиста, и за солому, — отстраняясь от меня, произносит Таня.

— Всегда пожалуйста.

* * *

После завтрака мы действительно отправились вместе с Машей на озеро. Таня на удивление ничего не сказала против купальника. Правда надела она его или нет, я так и не понял. Купленное мною платье было на ней, и на том спасибо. Место оказалось и вправду хорошим. Достаточно тихим, за исключением парочки детей, бегающих и орущих близ берега. Если когда-нибудь моя дочь будет так же невоспитанно себя вести, я застрелюсь. Разложив покрывало на траве, Таня принялась раскладывать вещи, но снять платье так и не надумала. Вот же зараза такая. Ну ничего, придет время и все снимет. Бдушкина садится на покрывало и расстилает еще одно, складывая его в несколько слоев. А потом берет Машу из коляски, кладет ее на то самое покрывало и начинает с ней играть. И тут я в который раз понимаю, что меня это напрягает. Вроде бы такая приятная картинка, красивая Таня улыбается Маше, играет с погремушкой и повторяет за ней ее же звуки, но почему-то меня это задевает. Ложусь рядом и перехватываю у Тани погремушку, привлекая все Машино внимание на себя.

— Тебе здесь не нравится, верно? — вдруг спрашивает Таня.

— С чего ты это взяла?

— По скривленному лицу.

— Тебе показалось. Конечно, это не отдых на берегу моря на шезлонге, но вполне себе сойдет.

— А можно еще вопрос, но он нескромный.

— Ну наконец-то, давай, — смеясь произношу я.

— Когда мы завтракали, я увидела в твоем телефоне… статью «горшочные дела». А зачем это сейчас? Ведь Маше всего семь месяцев?

— Забавно, я не говорил тебе сколько ей месяцев.

— Говорил.

— Не говорил! — хотя я уже сам сомневаюсь в сказанном. Черт! — Ну допустим говорил и что? Я буду приучать ее к горшку, как только мы вернемся в город. Только не надо говорить, что это рано. Моя мама приучала меня с пеленок, дабы не стирать их в ледяной воде. И знаешь, мне нравится ее подход. А вот эти пятилетние дети, не знающие что такое горшок и носящие памперс до школы-не для меня. И дело не в отсутствии теплой воды или финансовой возможности, я считаю так правильно. Если уж случилось, что я папа, то я буду если не лучшим, то по крайней мере хорошим отцом.

— Интересное заявление.

— Я вообще весь интересный, да, Машка?

— Дядя, принеси песочек вон с той кучи, — дергает меня за руку ребенок лет семи.

— Какой кучи? Девочка, ты о чем?

— Тут недалеко, — указывает рукой на лес.