Терпеть не могу уступать, но в принципе в Танином предложении есть здравая мысль, с мелочью-то будет сидеть она, ну а с Машей проще. А лучше вообще лечь на матрас и уплыть на середину озера. Там отоспаться, а Таню оставить с тремя детьми на берегу озера одну. Ай да, Меркулов, ай да молодец.

— Чему ты улыбаешься?

— Салат очень вкусный, прям не нарадуюсь. Ладно, значит в часиков десять поедем на озеро.

— Отлично."

"Отлично, это то, что твоя очередь вставать ночью к мелким, лапочка моя. Да уж, мог ли я когда-нибудь представить, что у меня будет трое детей?! Еще и двойняшки? Да и вообще дети! Дети, жена, собака и выезды на природу. Вот так и становятся подкаблучниками, Меркулов…

* * *

Нет, нет и еще раз нет. Не ведись на ее жалобные глаза. Сегодня ее очередь! Лежать, Меркулов! Лежать!

— Паш.

— Тань, я знаю, что я самый хороший, замечательный, но сегодня встаешь ты.

— А еще любимый.

— Нет. Я не встану.

— Давай вместе, а? Ты к Поле, я к Саше. Ну, пожалуйста. Их же просто покачать, они точно сухие, я по плачу слышу.

— Ладно, я к Поле, а ты к Саше.

Нехотя встаю с кровати и иду на выход, но что-то Тани я рядом с собой не замечаю.

— Ну и чего ты лежишь?

— Ну раз ты встал, сделай все сам, пожалуйста. А я тебе пока подушку взобью.

— Ну, Таня!

— Все, иди пока Маша не проснулась. Тем более вспомни, что с Машей я это делала одна.

И ведь иду, блин. И довод всякий раз один и тот же. Ладно, главное пережить первые полгода, а там станет легче. Захожу в детскую, где вовсю орет малышня. И ведь не знаю за кого взяться. Наверное, начну с Поли. Эта более крикливая, Саша чуток выдержаннее. Одно радует, что они действительно быстро успокаиваются. Беру Полину на руки и сажусь на кресло, попутно качая в колыбели Сашу. Главное самому не заснуть…

— Паш, пойдем в кровать, — Таня забирает у меня спящую Полину и укладывает ее в кроватку.

— Я не спал, просто закрыл глаза.

— Ага. Пойдем, — берет меня за руку и ведет на выход.

Когда-нибудь я обязательно высплюсь.

Главное-вовремя уйти в тихую и неприметную комнату. И пока Таня будет пыхтеть с малышней, а Маша доставать Тиму и всех вокруг, я спокойно отсижусь на кровати и достигну гармонии.

— Господи, какая чушь, гармония, блин, с тремя детьми, — сам себе усмехаюсь.

— Папа, а фто ти тут делаеф? — да ё мое, как так-то?!

— Доча, я медитирую. Не отвлекай меня, — сажусь в позу лотоса и закрываю глаза. И тут меня осеняет, что Маша в какой-то меховой куртке.

— А фто это?

Открываю глаза и точно-меховое белое безобразие, еще и юбку напялила на себя. Мать моя женщина, и на Тиме юбка.

— Маша, — как можно строже произношу я. — Я говорил тебе, что Тиме не нужны юбки. Он мальчик! Мальчики, тем более собаки-мальчики не носят розовые юбки.

— А Тиме нлавится.

— Ну это как сказать.