Даже в самые жесткие моменты боя не могу отвернуться. Сжимаю кулаки и планомерно цежу воздух сквозь зубы.

— Что он делает? Это нормально? — шепотом к Андрею взываю.

— Нормально. Хороший парень. Удар жесткий. И блок хорошо держит. Отлично идет.

— Заметили, как он провел этот апперкот, а? Видели? — восклицает с задорным смехом Ставницер. — Давай! Давай! Резче! Ну, красавец!

Девушка Аравина тоже что-то выкрикивает. Мается, переживает и всячески его поддерживает. У меня самой сердце ноет и из груди рвется. Не представляю, как она, бедная, держится…

Невольно перевожу взгляд на Рейнера. Он, как будто ожидая этого, сразу принимает контакт.

«Иногда даже самым сильным нужно быть кем-то любимым…»

Вот зачем он так сделал? Зачем?

— Все в порядке? — хмурится, когда спрашивает.

— Да. Все нормально.

После череды неясных действий, во время которых я неосознанно нахожу ладонь Андрея и принимаюсь мысленно молиться, маневр Аравина, подобно грому небесному, шокируя всех присутствующих своей внезапностью и мощью, выверенным ударом отбрасывает противника на добрых два метра. Тысячи пар глаз, словно в замедленной съемке, напряженно прослеживают за тем, как крепкое тело боксера рассекает воздух. Мышцы сокращаются, сопротивляясь законам физики. Широкая спина с грохотом приземляется на помост.

Вся арена разом ахает и застывает. Гул голосов переходит в тихий взволнованный шепот.

Первым на ноги вскакивает друг этой девушки.

— Он сделал это! — орет во всю глотку.

Отошедшие от потрясения зрители взлетают следом. Задолго до окончания отсчета рефери.

— Он, черт возьми, это сделал… Адский гладиатор! Мать твою… — ликующе выкрикивает тот же парень, зарываясь пальцами в волосы и заходясь радостным хохотом.

Девушка боксера же явно слезы сдерживает. Прижимая к лицу ослабевшие руки, пытается взять под контроль все свои чувства.

Этот Дима ее коротко обнимает и, не медля, тянет к рингу.

— Дамы и господа! — выдержанная весомая пауза конферансье. — Победу в объединительном поединке за чемпионство по версиям WBO и IBF[2] разгромным нокаутом одержал ЕГООООР АААААААРАВИН.

Я ликую вместе со всеми. И едва не плачу, когда девушка поднимается к чемпиону на помост. Они обнимаются, смотрят друг в глаза и целуются.

— Невероятная пара… — вздыхаю, после того как заканчивается награждение и обе команды уходят.

— И все? — смеется Юля. — Ты словно кино, а не бокс, смотрела.

Я смущаюсь, но эмоций не скрываю.

— Да. Мне гораздо интереснее было наблюдать за взаимодействием пары, чем за поединком.

— Мне, честно говоря, тоже! Ром, а тебе?

— Девчонку заметил, только когда она на помост выскочила. А бой мне понравился. Крутой и зрелищный. Не зря летели.

— Да вы что! — взрывается восторгом господин Ставницер.