Да и как объяснить, почему Виктория вдруг забыла эту науку? Наверняка, все решат, что она просто издевается над бедным кавалером.

Я делаю пометку в уме, что надо будет обязательно нанять учителя. Ведь балы в этом мире — обычное дело. И вообще стоит подтянуть местные науки. Историю, географию.. Может даже попробовать магию?

По книге Викторию не интересовало ничего, кроме собственной внешности. Однако, в одной из глав она изучала чёрную магию, чтобы через неё навредить Элизе… И если вспомнить, то у неё получилось. Может к чёрной магии у неё талант? Если это так, то почему бы не развить его? Козырь в рукаве мне не помешает. Хотя не стоит забывать, что в том же Руанде чёрная магия под запретом. Не будет ли это ещё одним проводом для принца отрубить Виктории голову?

— О, Виктория, милая! — здоровается незнакомая девушка с очень узким лицом и узкими чёрными глазами. Она чем-то отдалённо напоминает хорька… такая же суетливая и вертлявая.

Кто же она? Ах, точно. Это же Мина! Лучшая подруга Виктории. По книге она любила выпить и часто подстрекала Викторию ввязаться в неприятности. Кроме того, она очень завидовала метке истинности. Позже, когда она познакомится с Элизой и та поможет ей с болезнью отца, Мина отвернётся от Виктории и даже расскажет Элизе о грехах бывшей подруги… «Верить ей явно нельзя», — решаю я.

— Привет, красотка! — щебечет Мина. — Почему ты одна? Где твой прелестный братишка? — приобнимая за плечи, она всучивает мне бокал вина. — На, выпей, а то совсем смурная. А что с запястьем?

— Да так, обожглась…

Мина скептически кривит губы.

— Ой, мне-то не заливай, подруга. Я тебя сто лет знаю. Опять швырялась посудой в слуг и порезалась?

— Ты угадала, — сдержанно улыбаюсь я.

От Мины разит алкоголем, одета она на редкость неприлично. Грудь словно вот-вот выскочит из корсета. Мина стреляет глазами в мужчин, ищет удачную партию. Позже её соблазнит один из солдат Алана… но после одной ночи никогда больше на неё не посмотрит. Мина будет переживать, топить зарождающиеся чувства в алкоголе и страшно завидовать Виктории, у которой проявится метка.

— Может пойдём, познакомимся? — Мина делает многозначный взгляд в сторону Руандовцев. По сюжету я должна согласиться, но вместо этого говорю:

— Не стоит, Мина.

Та непонимающе хлопает ресницами.

— Да ладно, ты же хочешь! Там такие красавчики, а какие у них руки! Сильные, прямо бугрятся мышцами. А глаза! Так и прожигают. Пойдём!

— Меня такие мышечные кабаны не привлекают. Да и настроения нет.

— Не верю. А-а, поняла… ты просто боишься, да?

— Боюсь?

— Того, что у меня появится метка. А у тебя нет. Ты же этого не переживёшь, верно? — голос Мины точно патока, но глаза смотрят неприятно. Она делает крупный глоток из своего бокала. Я перевожу взгляд на свой.