Марко тоже приседает рядом, сосредоточенно трогает Элизе лоб. Он хочет поднять девушку на руки, но Ри останавливает:

— Подожди. Может нельзя. Дождёмся лекаря!

Вокруг собирается толпа из оборотней. Все перешёптываются, переглядываются. Я улавливаю тихие, передающиеся из уст в уста слова:

«Отравили… Отравили девочку! Кто ей дал бокал? Эта... А свой напиток она так и не выпила».

На меня косятся с нескрываемым подозрением.

Я опускаю растерянный взгляд на бокал, который всё ещё держу в руке. И со страхом отставляю его на стол. Меня трясёт, ладони потеют, в груди нарастает паника.

«Элиза специально выпила яд! Чтобы оклеветать меня! — несутся мысли. Что теперь делать, я решительно не понимаю. — Так, успокойся! Никаких доказательств, что это ты — нет. Никто не сумеет тебя обвинить! А подозрения ничего не значат!»

Мне хочется сбежать, спрятаться от взглядов. Но это лишь усилит подозрения. Я заставляю себя стоять на месте и ждать лекаря. Ждать Алана…

Элиза корчится на траве. Я отвожу взгляд, обхватываю себя руками. Меня тошнит, в груди давит, чувство такое, словно сейчас сама упаду в обморок. А всё из-за внезапной вспышки понимания: видение было правдиво.

Больше невозможно держаться за розовые очки и обманывать себя. Пора признать, Элиза из книги и Элиза из реальности — разные люди. Всё это время враг был прямо под носом.

В мыслях проносятся слова о том, что это я — злодейка истории. Значит, Элиза знает о книге? Значит, она её написала? И сейчас пытается вернуть сюжет в прежнее русло, обвинив меня в отравлении? Но это же абсурд! Никто ей не поверит! У меня не было шанса отравить напитки! Я не тащила Элизу к столику с бокалами. Да и Ри с Марко, наверняка, слышали часть беседы.

А значит, они смогут подтвердить, что я не впихивала ей бокал силой.

Однако, другие оборотни явно имеют иное мнение. Косятся на меня, разве что пальцем не тычут. Я лишь сильнее выпрямляю спину, чтобы никто из них не решил, будто боюсь, что меня раскроют. Однако сердце стучит как бешеное. И оборотни несомненно это чуют.

Через толпу пробивается Деккард и Лили.

— О боже… — говорит брат, глядя на бледную, как смерть, Элизу. Оглядывается на столик с напитками, затем колко смотрит на меня.

Лекарь пребывает вместе с Аланом. Принц командует гостям разойтись, потом стремительно подходит ко мне, берёт за руку и уводит немного в сторону.

— Ты как? — спрашивает обеспокоенно, оглядывает с ног до головы. — Не пила? Боже, скажи, что ты не пила эти напитки!

— Нет, — шепчу, а у самой горло пережимает. Почему-то я жду, что Алан сейчас тоже посмотрит на меня этим ужасным колким взглядом. И книга покатится по прежнему сюжету…"

"— Хорошо, — он выдыхает напряжение, чуть сжимает мою ладонь. А потом отпускает, точно опомнившись. Показывает на столик. — Бокалы отсюда?

— Да.