Двухлитровая бутылка «Пепси», большой пакет чипсов, мороженое «Лакомка» четыре штуки …

- Странный набор для матери семейства. Хотя… Он желтого цвета. С подсолнухами.

- Кто?

- Пакет. Соображаешь?

- Ну и что? Подумаешь: пакет желтого цвета! Да этих пакетов полно в супермаркете напротив! Полмикрорайона с этими подсолнухами ходит, так что, он их всех убивать будет, что ли?!

- Не знаю. Но пакет – это существенно.

- Леша, ты сам подумай. Это же звучит смешно: между двумя убитыми женщинами была связь. А именно: из магазина, который работает круглосуточно (заметь: круглосуточно!), обе несли домой продукты в целлофановом пакете с картинкой «Подсолнухи»!

- Да. Именно. Кстати, обрати внимание: она обута.

- Обратил. Обута. А вдруг, это вообще не он? Другой, а?

Барышев тронул за плечо эксперта, который был целиком поглощен своими записями.

- Как думаешь, Иван Андреевич? Он или не он?

- Раны характерные, - пожал плечами эксперт. – Той же штуковиной душили.

- А что за штуковина? – безнадежным голосом спросил Леонидов.

- А кто наверняка знает? Железная. Я вчера как раз экспертизу делал. Следы металла на коже убитой девушки присутствуют.

- Прут? Железный прут? – спросил Алексей.

- Прут толще.

- Проволока?

Эксперт только вздохнул.

- И что вскрытие? – спросил Леонидов. – Первой девушки? Результаты готовы уже?

- Завтра перешлю официальное заключение. Вот ему, - Иван Андреевич кивнул на Барышева.

- А мне, по секрету?

- Вы, молодой человек, вообще, частное лицо. Хотя очень мне знакомое. В органах работали, признайтесь?

- Было.

- Так вот: у меня этих экспертиз каждый день…

- Маленькую какую-нибудь детальку, Иван Андреевич.

- Наличие небольшой дозы спиртного в организме.

- Пьяная была? – с надеждой спросил Леонидов.

- Небольшой я сказал. Небольшой. Без сомнения, она где-то ужинала. И выпила совсем чуть-чуть. Вина красного выпила.

- Барышев, во сколько часов Лилия домой с работы ушла? – развернулся Алексей к другу.

- В семь.

- А убили ее в начале первого. Четыре с лишним часа. Где-то поужинала. С кем-то.

- Я же говорю: Лейкин.

- А здесь тоже Лейкин?

- А кто? Только мотив пока не ясен. Но не тянет, Леша, на цветочного маньяка. Никак не тянет.

- Вика. Трава такая есть, между прочим. В поле растет. Или на лугу.

- Трава? – усмехнулся Барышев. – Фантазия у тебя…

За их спинами лязгнули двери большого лифта. Леонидов обернулся: капитан Степанов поддерживал под локоть тщедушного трясущегося мужчину в спортивном костюме. Мужчина часто-часто  моргал, и все время щурился, пытаясь разглядеть людей, находившихся в подъезде. Алексей сразу догадался, что у него очень слабое зрение.

- Вика? – неуверенно позвал мужчина. – Вика, ты где?

- Петр Александрович, вы держитесь. Сюда гляньте, только постарайтесь держаться.