До момента ее бегства из клуба все правда, я проверил, там не подкопаешься. Но почему она села именно в мой «Майбах»? Нашла, блять, троллейбус. Конечно, я ей и на секунду не поверил, все эти «ты мне сразу понравился, потому что ты такой красивый» для лохов.

Возможно, она не знала, на какой именно машине я приехал, и услышала об этом в клубе, допускаю. Но то, что она знала МЕНЯ, это не обсуждается.

За эти три месяца я к Саркису точно несколько раз в ресторан заезжал, не помню только, днем или вечером. Ника же в дневную смену работала, вот там разве что могли быть нестыковки.

Впрочем, не могу сказать, что мечтал о такой славе, но в городе Тим Талер личность довольно известная, так что…

Так что я сказал правду, если ее подослали, я ее убью. Сам, собственноручно. Потому что не представляю, что она будет вот так лежать под другим мужиком, кончать под ним. Или на нем.

Снова твердею, тихо стону и толкаюсь в Нику. Один раз, второй, третий. Я что, завелся, представив, как она кончает под другим? Я что, е…анулся?

Но члену внутри пох…й, от чего я завелся, он уже полностью готов, и я, подняв ногу Ники, двигаюсь.

Ника начинает просыпаться, наверное, ей не нравится, потому что она пытается отодвинуться.

Дергаю за бедра, всаживаясь по самые яйца — они хлопают Нику по попке — и ускоряюсь. Хочу кончить быстро и по возможности не разбудить девушку. Не разбудить не получается, когда я кончаю, кусаю ее в плечо, и она испуганно вскрикивает. Темные глаза смотрят на меня с недоумением.

— Тим? Что ты делаешь?

— Засадил тебе, сладкая, спи. Завтра всю вылижу.

Послушно мостится обратно. Я уже сам почти сплю, а в голове назойливо вертится несмелое:

«Пожалуйста, пусть она просто так села в мою машину.

Пожалуйста…»

Потому что, пробираясь ко мне в душу, в моих глубинах Вероника уже давно добралась до подвалов.

Глава 12"

"Когда я просыпаюсь, солнце вовсю заливает спальню, смотрю на часы — одиннадцать. Ничего себе! Тимура рядом нет, в ванной не бежит вода, значит, он ушел, пока я спала. Ушел, а я даже не слышала.

Поворачиваю голову и вижу на кровати на месте Тимура объемный бумажный пакет. Заглядываю и изумленно хлопаю глазами — конфеты! В небольших коробочках, самые разные — и в кокосовой стружке, и в шоколадной крошке, и с черносливом, и даже крошечные безе, политые шоколадом.

Выстраиваю коробки на тумбочке возле кровати, сама обнимаю подушку Тима и падаю на спину. Между ног чувствую его следы — высохшая слюна и сперма. Вспоминаю, как ярко кончала на его члене, и низ живота наливается горячей тяжестью.

— Тим, — шепчу, прижимая к себе подушку, — я так тебя люблю, Тим…

Когда я вчера увидела в новостях, как горит клуб Саркиса, сразу поняла, что это Тимур.