Он тоже стонет при каждом моем движении, а потом вдруг впивается в бедра. Приподнимается, отбрасывает мои руки и ловит губами грудь.

Теребит языком сосок, и я уже не сдерживаюсь. Кричу, хватаюсь за Тимура, двигаюсь исступленно. Все мое естество мечется между тремя источниками наслаждения, выцепляя нити удовольствия и связывая их воедино.

— Кончи, Ника, давай, маленькая, — Тим засасывает сосок, начинает двигать пальцем, спираль в животе сжимается и выстреливает, а я корчусь и извиваюсь, спазмами сокращаясь на члене Тима и выкрикивая его имя.

Его взгляд мутнеет, он рывком дергает меня на себя и закрывает рот своим.

Держит за ягодицы, чуть приподняв, и ударяется в них пахом.

Меня бьет током, но пошевелиться не могу — Тимур вколачивается в меня с остервенением, снизу членом, вверху языком. И когда он внутри напрягается и извергается семенем, я обессиленно замираю.

Тимур с каждым спазмом громко и хрипло стонет, а я прижимаюсь губами к его виску, счастливая, и мне кажется, даже пусть совсем немного, но любимая.

— Ника, — хрипит Тим, — я тебя… я тебя…

С трепетом замираю, неужели он сейчас скажет?..

— … убью, — выдыхает, продолжая сокращаться и вдавливаться в меня все еще твердым членом.

И я закрываю глаза.

* * *— Убью тебя… убью… — повторяю, пока мышцы внизу живота дергаются, сам я еще в ней, еще твердый, и из меня в нее толчками выплескивается сперма.

Дышу будто после марш-броска и чувствую, как шелковые губы собирают пот с моего лба. Хватаю Нику за затылок и смотрю в глаза.

— Если узнаю, что ты не просто так появилась, убью…

Она смотрит на меня, взгляд расфокусированный, с поволокой. Мы дышим друг в друга, а потом она просто кивает.

— Хорошо.

Хорошо, блять.

У меня уже под кожей места живого нет, везде она, везде ее запах, голос, взгляд. Заползла и растворилась, а я теперь как нарик конченный. В глубине души даже шевелится что-то похожее на раскаяние за то, с каким презрением я всегда относился к наркоманам. А ведь я теперь не лучше.

С первого раза подсел, как на складе ее поимел. Каждый оргазм как доза, и меня заранее ломает, стоит подумать, что я по какой-то причине вдруг ее не получу.

Осознание зависимости пугает. Потому и вглядываюсь в замутненные негой глаза — ей ведь тоже хорошо, моей сладкой девочке.

Я у нее первый везде, тут без вариантов, один минет все показал. Так почему у меня чувство, будто я загоняю себя в тупик?"

"Чувствую несмелое касание пальчиков на лице — от виска вниз по скуле к подбородку. Ловлю их губами, и Ника гладит меня уже смелее. Затылок, шея, снова затылок. Запускает пальцы в волосы и массирует ноготками, а я снова ищу ее губы.

— Таблетку завтра не забудь выпить, — шепчу и снова целую.

Просто целую, без похоти, не потому что возбужден — наоборот, я сыт и при этом не выхолощен.