Тропа то пропадала, то снова появлялась, петляя между высоких деревьев, перескакивая с кочки на кочку. Кое-где ее пересекало настоящее болото, вынуждая внимательно ставить ноги и еще медленнее продвигаться вперед.

— Мужчины сюда только два раза в год ходят, и то по надобности, — решил вдруг поделиться знаниями старик, умело и ловко для своих лет, перескакивая с кочки на кочку. — Есть особые дни, когда духи озера вроде как более благосклонны. Но сколько в этом правды — не скажу. Так просто повелось, никто правил и не нарушает.

— Лучше расскажи, что делать нужно будет. Мне до условных традиций дела особого нет.

— Да искупаться только.

— Звучит не страшно.

— Это да, — кивнул старик, усмехаясь. Мы прошли еще немного, когда я все же решил спросить.

— Почему мне помогаешь?

— Хозяин из тебя ладный мог бы получиться. И слухи ходят, что милости нашей ты по сердцу пришелся.

— И все?

— А что еще надо-то?

— Ты мне скажи.

— Шума от тебя многовато. А тут, может, успокоишься. Так или эдак.

— Все к праотцам меня отправить хочешь?

— Так ты разве не сам ко мне за этим пожаловал? — и столько иронии в словах, что и не разобрать, правда убить меня старик решил или все же шутит.

Вода была чистой, как слеза, но глубина озера не позволяла рассмотреть дно, только коряги и ветки, плавно, едва заметно, колышущиеся на глубине в три-пять метров. С той стороны, с которой мы подошли, спуска не было. Только резкий обрыв, как бездонная яма, чернеющая тем больше, чем ниже мог проникнуть взгляд.

— С той стороны. Здесь можно сразу утонуть и без посторонней помощи, — старик, Патчу, осторожно ступая по заваленному ветками берегу, начал обходить небольшой водоем. Поглядывая с сомнением на гладкую поверхность, я уже сейчас испытывал некоторый трепет, ощущая, словно кто-то следит за мной со стороны.

Обогнув озеро на четверть, мы вышли на плотную утоптанную землю, плавно, по косой, уходящую в воду. Немного в стороне я разглядел кострище, остатки веток в котором были сверху присыпаны каким-то бурым порошком.

— Не вздумай трогать. Это игрушки ее милости, — строго произнес старик, поймав мой взгляд.

— Это она сюда ходила, красный дым выпускать?

— Да.

— Неблизкая дорога. Особенно ночью и на своих ногах.

— Она не той дорогой ходит, по которой мы пришли. От поместья еще тропа есть. Не сильно лучше, правда, но выбор не велик.

— Давай к делу. Солнце уже к земле клонится, а мы еще и не начали, — признаваться, что от напряженного ожидания начинаю терять терпение было не просто.

— Так делать особо ничего и не надо. Нырнуть только, — устраиваясь на ближайшей коряге, произнес старик, щуря белесые глаза.

— И все?

— И все. А там видно будет.

Быстро скинув одежду, передернув плечами от свежего порыва ветра, приблизился к чистой воде озера.