Может быть, с кем-то из них Эйнари уже встречалась?

За эту неделю его высочество дважды справился о том, всё ли у нас благополучно, и не планирую ли я приехать в Литон, где он всё еще продолжал разбираться со старинными свитками. Я отвечала вежливо, но коротко — дескать, простите, занята, готовимся к скачкам.

Наконец, он приехал к нам сам. Он появился в поместье в то время, когда было слишком поздно для завтрака и слишком рано для обеда, избавив нас, таким образом, от дополнительных хлопот.

Мы с Лоттой приняли его в гостиной. Беседа не заладилась с самого начала, и обстановка в комнате была столь гнетущей, что я не удивилась бы, если бы его высочество обиделся. Но нет, он продолжал задавать вопросы и довольствовался самыми скупыми ответами на них.

Когда же он заявил, что хотел бы взглянуть на Эйнари, я сослалась на головную боль и отказался сопровождать его на конюшню. Шарлотте не оставалось ничего другого, как взять эту миссию на себя.

Они вышли из дома, держась друг от друга на приличном расстоянии, а я же бросила всё и прильнула к окну. Я убеждала себя, что так поступать нельзя, что мне следует отправиться на кухню и дать распоряжения об обеде или вернуться к вышивке или недочитанной книге, что уже несколько дней лежала на столе в кабинете. Но нет — сердце взяло верх над разумом.

Я проводила их взглядом до самой конюшни и даже после того, как они скрылись внутри, осталась у окна. Томительное ожидание продлилось не меньше получаса. Но вот они снова вышли на улицу и направились в обратную сторону.

Я отметила, что теперь они были куда ближе друг к другу. А вот они остановились на лугу, и герцог нагнулся, чтобы сорвать какой-то цветок. Я непроизвольно сжала кулачки. Ах, это ужасно!

Когда они подошли к самому дому, я разглядела на губах Шарлотты улыбку."

"Нет, то, что я испытывала сейчас, нельзя было назвать просто ревностью. Это была целая гамма чувств — от неприятия до отчаяния. Сомнений не было в одном — герцог уже, как минимум, не вызывал у Лотты отвращения. Возможно, по здравом размышлении она поняла, как много приятностей сулит ей этот брак. Стать второй леди в Эрландии — дорогого стоит. А учитывая, что брак по любви был для нее сейчас невозможен, можно ли было судить ее за то, что она склонилась к браку по расчету?

Хорошо, что Лотта не знала о моих чувствах к его высочеству — иначе я не смогла бы продолжать общаться с ней по-прежнему. А сам герцог, если и догадался о них, будучи человеком благородным, никогда не затронет эту тему.

Я посмотрела в зеркало, чтобы убедиться, что моя улыбка не выглядит вымученной. И именно в этот момент на улице раздался крик.

Я снова метнулась к окну — рядом с герцогом и Лоттой стоял запыхавшийся мистер Грант, который говорил им что-то, энергично размахивая руками.