Это я-то не леди? Да за кого он меня принимает? Мой отец тоже был дворянином! Да, возможно, матушка, по мнению этих снобов, была слишком проста, но брак с моим отцом позволил и ей подняться на ступеньку выше.

Я бросила на месье Дэвиса уничижительный взгляд, и он покраснел, поняв, что позволил себе лишнего. Хотя то, что он сказал, было вполне созвучно мыслям детей Майкла — и Нэйтан, и Шарлотта тоже не считали меня леди.

Я сухо кивнула и вышла из кабинета, мстительно подумав о том, что уж мистера-то Элмерза лордом точно не назовешь — не случайно после легкомысленного замужества сестры Майкл прекратил с ней всякое общение. Интересно, что скажут дети о нём? Хотя какая мне разница? Это он теперь будет заниматься их воспитанием, и, думаю, они очень скоро почувствуют это воспитание на себе.

2. Особняк Карлайлов и его обитатели

На обратном пути пошел дождь, а поскольку я отправилась к поверенному в открытом экипаже, то промокла насквозь. Со шляпки текла вода, а платье неприлично липло к ногам. И когда я предстала перед нашим дворецким Эвансом в столь неподобающем для настоящей леди виде, в его взгляде отразилось осуждение. Отменная выучка не позволила ему сделать мне замечания вслух, но мысленно он наверняка его сделал.

— Так на улице дождь, миледи? — его правая бровь чуть приподнялась.

Как будто бы это было непонятно и без моего ответа! Я возмущенно фыркнула и прошествовала в гостиную — это была одна из немногих комнат в доме, где было относительно тепло. Мы уже не могли позволить себе отапливать весь особняк, но я настояла на том, чтобы в холодные дни слуги хотя бы разжигали камин.

На ковре в парадном остались грязно-мокрые следы, но я предпочла сделать вид, что не заметила этого. Здешним коврам уже мало что могло повредить."

"— Принесите мне подогретого вина, Эванс! — велела я и отправилась в свою комнату переодеться.

Старшая горничная миссис Пейдж Томпсон принесла мне сухую одежду и помогла снять мокрую.

— Я хотела бы поговорить с вами, леди Карлайл! — судя по тону, с каким она это произнесла, ничего хорошего мне этот разговор не сулил.

— Вы выбрали для этого прекрасное время, миссис Томпсон, — сказала я, пытаясь натянуть на себя шелковую и ужасно холодную рубашку.

Но она не почувствовала иронии в моих словах.

— Я намерена уволиться, миледи! — заявила она, воинственно подбоченившись и вознамерившись стоять на своем, несмотря на мои уговоры. — При прежней хозяйке здесь всё было по-другому.

О, разумеется! Тогда в подчинении у миссис Томпсон находились не меньше десятка горничных, теперь же их осталось всего двое, да и тех наверняка придется уволить.