- Лерочка, позавтракай, а потом гулять поедем, - елейным тоном проговорил Войт, заметив мое появление.

И пришлось мне сесть за стол и запихнуть в себя завтрак, параллельно поддерживая неловкий разговор и стараясь не выдать лицом истинных эмоций от такой “приятной неожиданности”, как утренний визит, дорогой подарок и романтическая прогулка.

Парадоксально, но вздохнула с облегчением я в момент, когда оказалась в машине Войта.

- У тебя очень хорошие родители. Даже странно, что такие люди не только отдали дочку тупому нищеброду, но и годами наблюдая вашу “семейную жизнь”, не сумели ее прекратить.

Стиснув зубы, я промолчала. Колье на шее внезапно начало жать, словно удавка.

- Да ладно, Лер, не кисни. Все мы совершаем ошибки, поверь мне, - отеческим тоном продолжал Войт, выруливая со двора. - Главное, уметь их вовремя исправить.

- Я не кисну. Я просто жду, пока пройдет положенное время, ты насладишься своей властью надо мной и, наконец, отпустишь меня.

- Да ничем я не наслаждаюсь, - он пожал плечами, - Просто не хотел, чтоб ты была одна сегодня. В праздники свежие разрывы особенно сильно царапаются.

От его слов внутри как раз особенно сильно и царапнуло.

- А так я тебя по магазинам свожу, в ресторан. Вечером, насколько знаю, у тебя гости. А завтра все будет проще.

- Какая забота, - выпалила я.

Внутри нарастал сумбур. Хоть убейте, я его мотивов сейчас не понимала. Где эмпатия, а где циничная уверенность в способности все купить за деньги?

- Побрякушка-то зашла?

- Нет. Заберешь ее перед отъездом.

- Давай другую купим. Сама выберешь.

- Марк…

- М-м-м, ты впервые назвала меня добровольно по имени.

- … знаю, такому, как ты, это трудно представить. Но, хоть я не самый богатый на свете человек и, как любая женщина, люблю красивые вещи и дорогие подарки, за все это не продамся.

Не. Продамся. Понимаешь? Ты можешь меня заставить терпеть свое общество. Можешь вообще заставить делать что угодно - кто я, а кто ты в конце-концов. Но все это будет не добровольно. Если тебе и так сойдет, то пожалуйста. Радуйся. Противопоставить тебе мне нечего."

"Марк Войт обжег меня взглядом и промолчал. Уставился на дорогу, сжимая оплетку руля побелевшими пальцами и механически управляя автомобилем. Мне стало не по себе. Так бывает, если сначала очень сильно хочешь чтоб тебя услышали, прилагаешь для этого максимум усилий, а когда это происходит ощущаешь себя не готовой к возможным последствиям.

Что он теперь сделает? Вышвырнет сначала из машины, а потом и с работы, причем так, чтоб больше не смогла устроиться в какое-то более-менее нормальное место или еще похуже?

Минут через двадцать моего напряженного ожидания, Войт затормозил возле торгового центра. Поставил машину на парковку, заглушил мотор и повернулся ко мне.

- Ну, смотри, Лера.