Хочется лишь забиться в уголок, твердый, надежный, незыблемый, который не поменяет свою ипостась ни через минуту, ни через час. Сидеть там, затаившись в норке, переваривая увиденное и пытаясь не сойти с ума.

Ни за что бы не подумала, что мой Карлуша — дракон-телепат, альфа и оборотень в одном лице! Внезапно в памяти всплывает типичная картинка из прошлой жизни, от которой мне и вовсе дурнеет. Вспоминаю, как подхожу к зеркалу после душа, сбрасываю мокрое полотенце на пол и кручусь, придирчиво разглядывая свое фигурное отражение. На высокое зеркало усаживается ворон и, не мигая, пялится на меня.

Получается, он меня голой видел? Я ведь его не стеснялась ни капли, переодевалась при нем, в нижнем белье по квартире рассекала… А он на поверку оказался мужиком с рекламного щита для качков и байкеров! Стыдоба какая! И этот странный, влюбленный взгляд?! Черт возьми, куда я попала?! Верните мне славного, вредного ворона! На худой конец дракошу верните!

— Вижу, тебе непросто примириться с новой реальностью, — рокочет успокаивающий баритон. Рука его взмывает к моему плечу, чтобы утешить, но я вздрагиваю, отшатнувшись, и Карниллиус убирает ладонь, лишь чуть-чуть успев обжечь меня жаром своей кожи.

 — Хочу, чтоб ты знала: ты здесь в безопасности. Любой из нас защитит тебя даже ценой своей шкуры.

Под моим мрачным взглядом он замолкает. Мне не нужна защита, и уж тем более ценой чьей-то шкуры!

— Спасибо, что помогла вернуть наши яйца, — заявляет вдруг мелодичный голос за моей спиной.

Резко повернувшись, вижу женщину, напоминающую Джессику Бил. С той лишь разницей, что у актрисы обычно взгляд побитого котенка, а у этой ладно скроенной красавицы глаза лучатся жизнеутверждающей, спокойной силой.

Попробуй такую обидь — сразу просечешь закон бумеранга! Женщина указывает на окружающие камни. — Эти стены уже давно соскучились по детским рыкам маленьких драконят!

— Лия не в курсе происходящего. Проясни ей ситуацию, Валерия, — приказывает Карниллиус говорившей и тут же ласково обращается ко мне, — Лучше присядь, свет моих очей.

Криво улыбнувшись на такое к себе обращение, все-таки следую его совету. Сажусь на каменный пенек, локтями опираясь на примитивный стол.

Переплетаю дрожащие пальцы, а потом прячу их под стол. Вроде никто откровенно на меня не таращится, но ощущение такое, будто служу сейчас экспонатом на черепно-мозговой препарации. Неуютно."

"— Среди нижних… то есть среди обычных людей ходят разные легенды, — издалека приступает к рассказу Валерия. — Им все время не хватает чего-то: силы, справедливости, богатства. Они то и дело рыщут повсюду в поисках ресурсов извне. Неугомонные, жадные люди решили захапать недостающее у нас, драконов.