— Но как же… Ты не можешь все бросить… Столько лет самоотверженного труда, столько прозрений, столько побед… Все бросить ради минутной слабости… А как же Ардо? Что мне ему сказать? Что его невеста всего за пять снов, проведенных со мной, из просветленной девы, из сияющей энергиусом звездочки превратилась в темную мирянку? О, гнев богов мне на голову! Демон меня разрази!

Он описывает вокруг меня круги, отчаянно размахивая руками. Затем упирает руки в бока и машинально поправляет съехавшую на локоть холщовую суму. Я видела такую в одной исторической книге — с подобными в древности ходили нищие. При этом небрежном движении, рукав его рубашки скользит вниз, обнажая серебристый браслет на узком запястье. Какой контраст! Нищенская сума, простейшее одеяние: подпоясанная рубаха да штаны, и дорогое на вид украшение! Занятный мне попался персонаж! Если бы не спешила так домой, обязательно осталась бы с ним ненадолго, понаблюдала.

С трудом поднявшись на ноги, — тяжелее даже, чем после сеанса с трудными клиентами — осматриваюсь. Размышляю, куда бы мне податься. В первую очередь, надо найти место для спокойного сна, подальше от надоевшего бурчания. Хочу спокойно заснуть, чтобы проснуться обратно в свою жизнь. Разглядев вдалеке тенистый кусочек полянки под раскидистым деревом, шагаю в ту сторону.

Внезапно, на первом же шагу мои ноги складываются в коленках, и я заваливаюсь на колючий куст бурьяна. Черт! Тебя! Побери!

Извлекая из ладошек и локтей впившиеся в кожу шипы, морщусь от боли. Немощные ноги во сне — чистая подстава! Никуда не уйти, сидишь на одном месте, как прикованная, глотаешь безропотно все, чем вздумается окружению тебя напичкать. Болтун-надоеда, колючки, жара — чужеродная обстановка, уже забившая чашу моего терпения до самых краев. Видимо, подсознательно я так проживаю невозможность выйти из некоторых неподвластных мне ситуаций в реале.

Стоп, секундочку!

Что сейчас произошло?!

Я только что проанализировала свой сон в собственном сне? Разве это возможно?

И эта боль от колючек… Острая. Резкая. Ноющая. Абсолютно реальная, ни капли не сглаженная, не замутненная, как по идее бывает во сне.

— Ты не оставила мне другого выбора, сира! — вдруг решительно заявляет парень, о котором я на миг подзабыла.

На секунду мне кажется, после этих слов меня вскинут на плечи, как мешок с картошкой и уволокут на общее дело, но незнакомец наоборот отходит чуть дальше. Нажимает на свой серебристый браслет двумя пальцами правой руки и оттуда мягкой бурлящей рекой вытекают обворожительные, искрящиеся разноцветными огоньками лучи.

Что за невозможная иллюзия? Раскрыв рот, как под гипнозом, любуюсь этой нереальной, эфемерной красотой.