Она вперяет в меня удивленно-вопросительный взгляд:

— Шнурок должен быть не только надежный, но и неприметный, чтобы в глаза не бросался?

— Совершенно точно!

— И эластичный, чтобы шею ненароком не задавил?

— И достаточно длинный, чтобы длины хватило завязать узелок в нужном месте.

— Чтобы такой найти, нужно время…

В наш разговор вдруг встревает простодушная Мелисса с соседней кроватки:

— Простите, что перебиваю, но зачем ждать? У меня есть шнурок, который тебе нужен, сира. Мне его один… Мне подарили. На память. С серебряным кулончиком. Но я кулончик сниму, а шнурок могу дать, мне не жалко! Честное слово, для тебя, сира, мне ничего не жалко!

— Спасибо, добрая душа! — я смеюсь, по-настоящему тронутая ее желанием помочь.

 — Пусть твой шнурок останется при тебе. На память.

— Как скажешь, сира… Я давно тебе хотела сказать… Помнишь, ты говорила, что восприятие к энергиусу может не сразу раскрыться?

— Да.

— Когда объявили набор храмовых звезд, вместо тех, которых похитили фрийские головорезы, я решила опять попробовать. Ты меня вдохновила тогда. Так вот… У меня получилось! Я смогла дотянуться до энергиуса, создать поток и перевести еге в эпишар! И все это благодаря тебе, сира!

Девушка искренне радуется своему успеху и я от всего сердца ее поздравляю.

При этом ловлю себя на необъяснимой тревоге. Что-то нечисто с этим энергиусом. Только вот что? Возможно, я просто смотрю на него сквозь призму своей неудачи? Или банально завидую той, которая, судя по всему, меня скоро превзойдет?

Женщина тем временем быстро произносит:

— После ужина, если ты не возражаешь, я зайду в комнату, чтобы занести тебе шнурок.

— Спасибо, буду ждать, — отзываюсь я, прежде, чем она, мне кивнув, куда-то уходит.

Наедаюсь впрок, — в этом мире никогда толком не знаешь, когда в следующий раз доберешься до еды, ставлю полегчавший поднос на землю, расслабляюсь и случайно засыпаю. Точнее, мне кажется, я лишь на секундочку смыкаю тяжелые ресницы, как меня уже осторожно тормошат за плечо чьи-то руки:

— Сира, пора вставать. Магистр приглашает тебя разделить с ним вечернюю трапезу.

Странно. Пять минут назад я пообедала, однако новость о еде вызывает неожиданную радость. Впрочем, тут же замечаю, что тень миадува сильно сдвинулась, а светила опустились к самому горизонту.

Пожалуй, сейчас самое время для ужина. Торопливо схожу с кровати и следую за девушками в сторону знакомого мне зала. Проведя меня по длинным переходам к магистру, они разом исчезают за потайной дверкой, и мы с ним остаемся одни.

В зале полумрак. От окон почти нет проку — Верг едва мерцает нежно-розовыми лучами, почти ничего не освещая. Весь свет исходит от свечей, щедро расставленных в многочисленных серебряных канделябрах.

Стол накрыт на двоих.