Как же приятно было видеть слёзы облегчения, чувствовать искренние переживания за себя! Бэттина, Джули и даже дворецкий прибыли в столицу с её вещами, чтобы поддержать, помочь и этим так тронули сердце молодой женщины, что она всё же не выдержала и расплакалась.

– Ну, а что же с Софьюшкой? – тревожно поинтересовалась Джули, когда Адель успокоилась.

– Коронер пообещал с герцогом поговорить, чтобы позволил мне видеться с дочерью, – вытолкнула из себя Адель, внутренне сгорая от ярости, от ненависти к Леандору. – Так что завтра утром буду отмечаться, и он мне скажет – удалось с ним договориться или нет.

В этот же световик, Аделина, не откладывая, начала поиск съёмного жилья в отведенном районе и даже нашла два подходящих варианта.

Мысли, переживания и в итоге Адель промаялась всю темень, заснув только под утро. Пока шла к коронеру, раздумывала. Она не знала – какие вокруг неё и дочери развернулись события, не подозревала о давно ведущейся за ней слежке. Поэтому и обвинение в покушении на какого-то там герцога – считала бредом сумасшедшего. А вот то, что она работала, использую фальшивые документы и то, что её в Алазии считали погибшей – считала настоящей проблемой.

«Я затаюсь. Буду следовать всем указаниям коронера – лишь бы мне только дали возможность видеть Софи!» – от мыслей о дочери глаза опять увлажнились, и она зло начала моргать. «Буду наблюдать за ним, за каждым словом, взглядом! Я найду способ – как ему отомстить! Я заберу свою девочку и уеду туда – где нас ни единая тварная тень не найдёт!»

Облегчению Адель не было границ – коронер сообщил, что уже сегодня она сможет увидеть свою малышку! Молодая женщина прибежала в уютную квартирку, которую удалось на время снять, и сообщила прекрасную новость двум томящимся и переживающим женщинам.

– Вы уж обнимите малышку от нас! – Джули заглядывала в глаза Адель, помогая одеваться.

– Обнимите крепко-крепко за нас! – вторила Бэттина, помогая укладывать волосы в причёску.

К съёмному особняку, в котором обосновался Леандор, Адель подходила в сумасшедшем волнении. Хотелось бежать, побыстрее прижать к себе роднульку, но приходилось сдерживать себя. Поднимаясь по лестнице крыльца, нервно вытерла о подол лёгкого летнего платья вспотевшие ладони и только потом, ухватив медное кольцо, ударила им по металлическому кругу.

Всё перед газами плыло, и Адель смогла более-менее взять себя в руки только перед дверью кабинета, в которую постучал дворецкий, прежде чем её распахнуть.

– Баронесса, – кривая усмешка изогнула губы Леандора, который сидел в кресле, покуривая сигару.

«И когда начал курить?» – промелькнула нелепая мысль у Аделины, которая моментом испарилась.

– Где моя дочь? – нервно сжала кулаки, проигнорировав его предложение присесть.