Заскулив от мысли, что потеряла дочь, Аделина вскочила и с отчаянием посмотрела на экономку:

– Зачем? Что вы мне дали? Ох, искристые, я же… – заметалась она по гостиной, вцепившись в волосы. Бэттина пыталась донести до отчаявшейся молодой женщины:

– Вы были в ужасном состоянии! Тот гранд, он ничего нашей Софи не сделает, а вот вас… Он же вас в таком состоянии и покалечить мог! Вам обоим надо было успокоиться, понимаете? Сейчас вы должны обдумать…

– Я должна вернуть мою девочку! – Остановившись, Адель решительно выбежала в холл, где прокружившись, собираясь с мыслями, побежала в мастерскую.

Нянечка и экономка не отставали от неё ни на шаг.

– Аделина, вам необходимо сначала продумать – что вы будете делать, как поступите? Кто этот гранд? Он отец Софии?

– Да, – бросила Адель отрывисто. – Я определю векторы портала и… – собрав заготовки, побежала обратно.

Только поняв, в каком направлении Леандор забрал дочь, Аделина упала на колени, закрыв лицо ладонями. Покачиваясь, шептала:

– Мне оттуда её не вытащить! Мне нужна помощь! – она вскинула глаза, в которых плескалось отчаяние, на застывших рядом экономку и нянечку, – Что? Что мне делать? К кому можно обратиться за помощью?

– Девочка моя, – экономка упала рядом с рыдающей Адель на колени, – а если… – но договорить не успела – по дому разнесся звон, известивший о посетителе.

– Может это он? Тот гранд? – с надеждой в голосе спросила Джули, бросив взгляд на мгновенно подскочившую Аделину.

Подбежав к воротам, женщины замерли. Растерянный дворецкий впустил на территорию троих законников, один из которых, уверенно приблизившись к заплаканной Аделине, отчуждённо-холодным тоном спросил:

– Баронесса лос-Гарьяро? – а когда получил подтверждение, ошеломил: – Вы арестованы по подозрению в покушении на герцога Гальярдо де лос-Морэ подданного Алазии.

***

Родовой замок встретил Леандора с дочерью угнетающим молчанием. После смерти отца и брата сюда наведывался только он. Мать и старший брат, отговариваясь, что это была вотчина отца, здесь не появлялись, так что только редкие, верные слуги узнают о Софи."

"Мужчина быстрым шагом прошёл в холл, где встретил ошеломлённого дворецкого, распорядился вызвать экономку, сразу поднялся к себе, где уложил сладко сопящую малышку на свою огромную кровать.

Присел рядом, разглядывая девочку, и вскинулся, когда вошла экономка.

– Гранд, вы желали меня ви… – начала было женщина, замерев на входе. – Глубинные, это что же… это кто же? – пожилая женщина, мелко перебирая ногами, неуверенно приблизилась к кровати, зажав сухощавой ладонью рот и глядя на малышку широко распахнутыми глазами.

– Моя дочь – Софи.