Подбросил валяющихся тут же дров и поставил сковородку на плиту, а в угли воткнул нож. Не подведи меня чудесная сталь древних! Ты удивительная — и резак, и ломик, и сейчас надо справиться!"

"В дверь постучали. Тягучий невнятный голос промычал что-то в духе: открывай, свои и какого у вас там происходит. И когда я не ответил, ударили ещё несколько раз. Уже явно с ноги. Я посмотрел на сковороду, потом на дверь и на замок, потом подскочил к бойнице. Борея не увидел, только кусок вихря и уже синего Ульрика, обмороженного почти по пояс. Есть шанс, что отпоют «Живинкой», но если дойдёт до сердца, то Аркадия может меня не удивить.

— Шакрас, вот сейчас нам надо сделать всё очень быстро и правильно, помогай, — я повесил автомат за спину, подхватил первую попавшуюся тряпку и обмотал левую руку. — Может быть, будет больно…

Досчитал до десяти. И левой рукой схватил уже покрасневший нож, а в правую взял сковородку. Руку жарило просто адски, но геном понял меня правильно и что-то подшаманил, снизив болевой порог. Подошёл к двери и ногой сбил засов. Дверь тут же распахнулась и на меня удивлённо уставился фрик.

— А вот твоя панама, — прохрипел я сквозь зубы и ударил фрика сковородкой по лбу.

Лоб выдержал, но хрустнула шея. Упасть я ему не дал, подхватил плечом и вынес наружу. У вас у всех есть щит, мне тоже надо.

И побежал. Пока никто ничего не понял и пока всё не остыло. Месть, может, и надо подавать холодной. Но у нас здесь — расправа над беспределом!

Я толком и не видел ничего. Мостик прямой — особо не свернёшь. Зато чувствовал — кто-то из фриков среагировал и открыл по мне огонь. Чуть ли не отбрасывая меня на каждом шагу, щит потяжелел, но пробить его так и не смогли. Кто-то умный пальнул по ногам, и вроде пара дробинок меня достали. Но мне уже было всё равно. Почувствовав, что Борей близко, я сбросил на него тело и прыгнул следом, активируя «Ауру ужаса». Сковородка моментально остыла, как только соприкоснулась с защитой Борея. Даже в руку прилетело, будто её дверью морозилки прищемило.

Но главного я добился! Борей сбился, ледяные потоки, что заживо морозили наших, оборвались. Ульрик заревел, разгоняя кровь в жилах, и бросился на ближайшего фрика. На его рёв проснулись остатки повстанцев, включившись с новой силой. Деми была в отключке, но полуживой Датч уже приводил её в чувство. Всё это разом промелькнуло перед глазами, тут же сузившись до холодных синих глаз Борея. Он легко отбил обледеневшую сковородку в сторону и шагнул мне навстречу протягивая скрюченную ладонь. В неё я и воткнул ещё горячий нож.

Ладонь Борея моментально покраснела, покрывшись волдырями. Он медленно, словно в шоке, посмотрел на неё, потом также медленно перевёл взгляд на меня. В ледяных глазах у него бушевало пламя.