Он тут же ослабил объятия и с тревогой вгляделся в мое лицо. Потом, помедлив, проворчал: — Ладно, Арсения не трону.

— Влас, — глубоко вздохнув, сказала я серьезно. — Ты не сможешь убивать всех моих обидчиков, даже за самый малый проступок. Лучше научи меня, как управлять моей силой, чтобы я сама могла дать отпор в случае нужды. Ведь в городе тебя рядом не будет… Ааааай!

Он снова стиснул меня чересчур крепко. А потом сказал:

— Ты никуда не поедешь. Останешься со мной.

Это был не вопрос, не предложение и даже не тема для обсуждения. Просто констатация факта, без права на обжалование. И я поняла — спорить, умолять, договариваться бесполезно. Я могу просить что угодно, но только не это.

— Клянусь, тебе будет хорошо здесь, — приблизив свое лицо к моему, сказал он. Очень веско и серьезно. — Ты ни на секунду не пожалеешь, что осталась."

"Я подняла руку и провела ладонью по его щеке. Он вздрогнул. На мгновение лицо стало почти беззащитным. Словно он не понимал до конца, что конкретно с ним происходит и впервые никак не мог справиться с собственными реакциями. Нет, я не стала спорить. Зачем? Влас принял решение и не собирался его менять. Вот только, я тоже приняла решение. Оно зрело уже некоторое время и окончательно сформировалось после слов «Ты никуда не поедешь». Прости, Влас. Но я не принадлежу никому, кроме себя. Ты не можешь заставить меня насильно пожертвовать частью своей жизни, раз сам не планируешь делать то же самое. Это просто неправильно. Вот только я тебе об этом не скажу.

Боясь, что он прочитает мои эмоции и догадается о том, что я задумала, я сосредоточилась и представила себе защитный купол, под который спрятала истинные чувства. На поверхности оставила только тревогу и замешательство. Это вполне естественная реакция на случившееся, так что он не должен ничего заподозрить. Если, конечно, купол сработает. Однако я, почему-то, была уверена, что все получится. Возможно потому, что впервые за последнее время я точно знала, как поступить и ни капли не сомневалась в принятом решении.

— Хорошо, я останусь. Но при двух условиях, — тихо и почти ласково сказала я. — Во-первых, ты мне расскажешь, что там за история по поводу вашего с банником договора. Во-вторых, ты соберешь своих подданных и покажешь им меня, чтобы больше не возникало недопониманий.

— По поводу второго пункта — я и сам планировал это сделать. А насчет договора с банником… я не могу пока рассказать тебе всего. Скажу только, что мы заключили сделку, которую никто из нас не может расторгнуть в одностороннем порядке. Я не должен был лезть в твою жизнь, если не проявится нечистая кровь. Если бы я не выполнил свою часть сделки, он бы не выполнил свою, а я никак не мог этого допустить. Позже, обещаю, ты все узнаешь. Но не сейчас.