Поднялся ветер, волны, девочек с катамарана смыло в море. Когда спасители сумели подобраться, они смогли найти только Катю, двадцать минут она, сносно плавая, держалась в шторм в открытом море на плаву. Как думаешь, сколько времени потребовалось восстановить ее психическое здоровье после того случая?

Мне кажется я всё это время не дышал. Блять. Дальше продолжает Надежда:

– Мы потратили много лет, чтобы эта травма не навредила ей, но долгое время она боролась с кошмарами и паническими атаками. Она забила все своё свободное время каким-то делами, сложной математической школой, спортом, дружбой с гопниками района, мы были согласны на всё, лишь бы не терять её больше никогда. Если на неё начинали давить – она закрывалась и уходила в себя.

Твою мать. Моя девочка чуть не погибла. Когда ей было девять, мне было тринадцать, бля-я-я-ять."

"Я закрываю глаза и упираюсь локтями в колени, прикрываю голову рукой, она у меня сейчас взорвется. Вдох-выдох. Это не укладывается даже в моей голове. Моя Катя может закрыться от меня и я ее уже не вытащу? Мне придётся пересмотреть своё поведение, режим ублюдка деактивирован. Потому что я не намерен ее отпускать.

Мы прощаемся с ее родителями и едем с Мишей обратно в аэропорт. Я прошу его добыть всю возможную информацию по этому случаю, это будет сложно, столько лет прошло.

Интересно, она мне когда-нибудь расскажет про этот случай? Не уверен, что вынесу рассказ от ее лица, точно не сейчас. Мое сердце сжалось и до сих пор болит.

Я возвращаюсь домой и даю себе слово, что буду хорошим мальчиком, и, даже соглашаюсь на её дебильные условия вступить со мной в брак. Нет, я не собираюсь их выполнять, извини Катя. Я понял, что так это тоже работает, хитрость и небольшой обман.

Кирилл

Наконец-то закончилась эта бесконечная учеба у моей жены! Я все это время много работал, чтобы осуществить свой план по переезду за город и уговорить ее на ребёнка! У Игната с Верой такие классные дети, я тоже хочу. А ещё я подыхаю как хочу увидеть её на веранде нашего дома с чаем и лимоном. Нет, пить я это не буду, но посмотреть хочу.

У меня созревает план, достаточно рискованный, я могу после такого получить и от тестя, и от своего отца, но я всё равно попробую. Дом я уже купил, осталось выкинуть таблетки. Что я и делаю ещё дома, перед перелетом, так будет надежнее. Даже если Катя не забеременеет в отпуске, я больше не позволю держать эти дурацкие таблетки в нашем доме.

Катя меня не убивает, она меня хорошо знает, рано или поздно, но я бы так поступил.

– Ладно, давай договариваться, – говорит и улыбается, она моя, она сдалась. И это правильное решение, потому что я псих и мой самоконтроль последние месяцы уже трещит.

– Считай, что уже.

Я оттесняю Катю к кровати, я вообще не собираюсь вставать с неё ближайшие две недели.