Дима, действительно, чем-то похож на Кирилла.

Проходят несколько секунд, прежде, чем он мне отвечает:

– Я. С ней. Не спал. – чеканит ледяным тоном.

– Ты – нет. Это задачка со звездочкой, – не могу не поглумиться над ним. Я вижу, как шестерёнки работают в его голове. Он отрывается от фотографии и смотрит прямо перед собой, как будто сверяя какие-то старые события в памяти. А потом ругается отборным красивым матом и достаёт свой телефон.

– Ты взяла её контакты? – спрашивает, при этом сам уже набрал чей-то номер. Киваю и улыбаюсь. – Расскажи всё, что знаешь сейчас, на громкой.

Идут гудки, долго никто не берет трубку, затем слышится хриплое:

– Хэллоу.

– Хэллоу, Игнат, как спится?

– Что надо?

– Шоколада. Нашлась твоя незнакомка, Катя с ней встретилась. Говори.

– Э, Игнат, э-э-э, – дьявол смотрит на меня, я губами спрашиваю «рассказать?», он кивает, – Игнат, поздравляю, ты стал отцом, два года назад где-то, точно я не знаю. Но контакты Веры и твоего сына, Димы, у меня есть.

Тишина.

– Она пришла два дня назад в твою квартиру, была проездом в городе и хотела всё же рассказать тебе про сына. Как я поняла, ты ничего не знал, а она потом боялась сказать, потому что думала, что ты заставишь сделать аборт. Вот. Ещё она сказала, что сначала была козой рогатой на той вечеринке, а потом в туалете нашла чужую маску и в ней уже познакомилась с тобой.

Тишина.

Мне больше нечего добавить. Он там умер?

Потом в трубке слышится какой-то грохот.

– Блять. Кирилл, пришли всю информацию, я вылечу сегодня. Спасибо, Катя.

– А ещё, они с Димой улетели во Францию.

– Понял, спасибо.

Голос уже собран, ни тени сна. Мы кому-то испортили ночь, надеюсь, не Вере с Димой.

– Игнат, только давай без глупостей, – предупреждающе говорит Кирилл.

Я скидываю Кириллу контакты и наше фото, ну все Вера, держись.

– Кирилл, надеюсь он не заберёт у неё ребёнка?

Усмехается.

– Нет, думаю он её сначала убьёт, потом воскресит, а потом они пойдут за вторым.

Теперь уже я округляю глаза в немом вопросе."

"– Он искал ее до сих пор. То есть уже года три. Эта коза рогатая не оставила ни единой зацепки после себя, сбежала и даже маску забрала. Потом он нашёл девицу, чью маску она взяла, но это была явно не она, перерыл все записи со всех камер в радиусе километра от клуба и дома, но увы. Через год он уехал в Штаты и ее поисками занимался дядя Миша, но дело заглохло. На Веру как-то я и не подумал.

– Бедняга, настрадался как, – картинно качаю головой, а он сужает глаза.

– Он свою девочку всего три года искал, а я потратил восемь.

Закатываю глаза, восемь, да ты за полгода перевернул всю мою жизнь, дьявол.

Когда мы приезжаем домой, я даже не решаюсь спрашивать стоит ли идти мыть руки. Меня раздевают ещё в коридоре и к спальне я добираюсь уже без белья.