Почему-то сразу двоих. Картина получилась неплохая. Все, как мечтала с Костей, только качеством получше.

За усадьбу даже обидно стало. Не расти тут моим княжеским детям. Не топтать зеленую травку маленькими ножками. И не кататься у папки на широченных плечах в цветущем яблочном саду.

Господина Меркантильного с его курортом аж пристукнуть немного захотелось. Он бы, конечно, не понял, за что. Но какая разница. Одной бабской придурью больше, одной меньше.

* * *В мыслях о несчастной любви дядьки Антона Павловича и ненавистном курорте Абашева я провела остаток дня.

Остановило меня появление князя. Тот пришел абсолютно счастливым с всклокоченными волосами, в мокрой рубашке, как гребаный мистер Дарси, и такой красивый, что захотелось и есть, и пить. Но пить сильнее всего.

Не знаю, как бы я объясняла присутствующим дворянам свою странную тягу к алкоголю. Пролетарскими корнями, наверное. Но, к счастью, объяснять ничего и не пришлось. Левданский будто угадал, что мне сейчас нужнее всего, и, не дав князю даже переодеться, сообщил:

– Батюшка, да я же вам еще свой винный погреб не показал! – он схватился за голову и зацокал языком.

– А он здесь? Прямо в этом доме? – глаза князя зажглись ярче, чем в наш вечер, когда позволила стянуть с себя трусы прямо в лифте.

– Да! Прямо под нами! – Левданский постучал по полу линялой тапочкой.

– Ну, так чего же мы ждем?

В одно мгновение сильная горячая рука легла мне на талию, толкая вперед, и собственное сердце пропустило удар.

Ох, не к добру это было! Не к добру.

Но, насколько «не к добру», я тогда и близко не догадывалась.

Глава 10. Царство Бахуса

Дарья.

Левданский не обманул. Рыскать по усадьбе в поисках тайного входа не пришлось. Сразу за кухней, в темном уголке, оказалась неприметная дверь. А за нею – лестница. Осталось только спуститься, впечатлиться и дальше по обстоятельствам. Я была с собой честна и не исключала вариант «напиться».

Однако с моим конвоем даже до точки назначения без приключений добраться не удалось.

– Черт! Старость не радость. Про бокалы забыл, – Антон Павлович развернулся на первой же ступеньке и, расталкивая нас, как ледокол, двинулся назад.

– Я могу вернуться, – галантно предложил князь, но Левданский даже не обернулся.

– Вы можете идти. Я сейчас все принесу, – донеслось с кухни. – Чтобы было как положено!

Что именно положено, я не поняла. Для дегустации у меня в руках имелась чашка – осталась после чая. А какие еще приспособления могут понадобиться, представлений не было.

В бухгалтерской работе каких только знаний не требовалось, но хотя бы навыки сомелье никто не спрашивал.