Никаких камней за пазухой, лишь лёгкое недоумение сембийцев по поводу нашего сухого закона. Впрочем все вокруг люди деликатные, поэтому не указывают другим, как им жить и в какие идеалы верить. Обсудили за поеданием вкуснятины виды на урожай, как добирались, сплетни с разных концов света… А затем выделили двух бойцов на дружественный поединок.

Вроде сембиец под два метра ростом, так что наш Лёха заметно ниже (сантометров на десять-двенадцать), но дубина моего кента (с детских лет) порхает. А вот вражеская лишь быстро движется туда-сюда. И хотя соперник достаточно быстрый, но за пару минут получил несколько тычек и два контрольных: сначала по бедру, а затем и по тыкве. Полный нокаут! Я Алексея предупредил, чтобы в треть силы и ловкости работал, поэтому его соперник (величайший воин всех прусских народов) более-менее легко отделался.

— Я удивлён, ярл, но многое стало ясным, — начал Витус, когда мы остались вдвоём (в палатке из будущего), — с такими воинами можно многого достичь. И доспехи у вас очень дорогие, явно много золота за них заплачено.

— Мы богаты потому что ни на кого не нападаем, поэтому и не имеем больших расходов, как другие. Стараемся развивать экономику, а воины нужны лишь для защиты.

Беседа проходила, слава богу, во взаимопонимании, наследник престола тоже не рвался за воинскими подвигами, а предпочитал торговлю и развитие ремёсел в своей стране. Это два его младших брата, наполовины скандинавы, ничего кроме охот, пиршеств и будущих походов знать не желали.

— Я должен вернуть Гармунда отцу, но лучше бы он погиб, — откровенничал старший сын конунгра, — тогда и урманская родня успокоилась бы, и торговцы янтарём. Они очень боятся, что мой брат, если что со мной случится, разорит Сембию, ввязавшись в бесконечные войны.

— Понимаю, но ничем помочь не могу, уже слово дал твоему отцу. А неразумные действия я у себя в Приволховье пресекаю сразу, хотя там тоже имеются охотники повоевать где-нибудь ради славы.

— Скажи, ярл Гром, а тебе привозят товары с Востока, тот же шёлк, например?

— Да и шёлк, и многое другое. А самаркандскую бумагу я уже и сам произвожу."

"Собеседник удивлён, однако одновременно и заинтересован. Сразу спросил о том как бы нашим двум странам начать обмен его янтаря на восточные товары и даже на бумагу (что меня удивило, честно говоря). Оказывается Витус хорошее образование получил, мало того, он ищет религию, способную оторвать его соотечественников от древних верований с принесением человеческих жертв. Пришлось рассказать об основах сульдизма, чисто ради приличия и поддержания беседы.

Обсуждая размеры возможных обменов мы выяснили, что сембийцам (как и нам) выгоднее торговать янтарём с Востоком, чем с Западом.