Никто не хочет платить толком дань после того, как их ограбили до нитки в предыдущем походе. Даже полозяне так и не признали до конца власть, навязанную с юга.

— В реальной Истории кажется Рюрик с Аскольдом воевали за контроль над Полоцком, — прокомментировал Кагнер, — правда не помню чем она кончилась.

— Важно другое, нет в нашей реальности альтернативы Рюрику. Мы-то пошли другим путём и не хапаем всё подряд, что плохо лежит. И в набеги не бегаем.

— А надо бы, Андрей, вон исток Невы нужно перекрыть крепостью, чтобы мочить налётчиков, — предложил экс-дворецкий.

— А заодно и таможню там поставить. Брать пошлину с ввозимых товаров, а также с вывозимых, — добавил Антон.

— Ага-ага, умники, а нам потом за это Троянскую войну устроят, как когда-то царю Приаму. Тот тоже взвинтил пошлины за проход торговцев через Дарданеллы и Босфор, вот его и почикали за беспредел.

Многие ошибочно думают, что та война разразилась из-за Елены Прекрасной, но это был лишь повод. Хотя и солидный, всё-таки киднэппинг спартанской царицы ради удовлетворения прихоти самовлюблённого и капризного Париса, это серьёзный косяк со стороны троянцев. Впоследствии, конечно же, придумали романтическую историю, чтобы прикрыть ей экономическую подоплёку конфликта и даже богов притянули за уши. Так зачем повторять чужие ошибки?

Меня сейчас больше волнует «переписка» (точнее, переговоры через купцов) с конунгром Палусом. Там любопытная ситуация выявляется. У короля было две жены: одна сембийка, родившая ему первого сына, Витуса, и умершая в скором времени. Другой женой стала знатная урманка (вроде одна из дочерей какого-то из скандинавских правителей). От неё осталось два сына: Аремунд и Гармунд — первый погиб, а второй у нас в плену. Долг чести и ответственность перед урманской высокопоставленной роднёй требуют от конунгра хоть каких-нибудь действий.

По нашим сведениям, пришедшим из других источников, ситуация достаточно своеобразная. Если первый сын унаследует Сембию, то Гармунд, не завоевав себе где-нибудь личное ПМЖ, станет одним из наследников в урманских землях. Что, ясен пень, других наследников того же самого не устраивает. Лучше бы он погиб и хрен с ним. Старшему сыну Палуса конкурент тоже не нужен, ещё оттяпает родовой кон, с него станется. Сам конунгр уже стар и особо умом не блещет, но безумно богат и пока у власти.

Добавим перца в блюдо — торговля сембийским янтарём стабильна и в неё вовлечено определённое количество купцов, как своих, так и зарубежных. Янтарный путь своего требует и сембийцам приходится лавировать между интересами разных сторон."

"— Друзья, нам предложили в качестве выкупа пять весов Гармунда янтарём.