– А это у них вся порода такая, у Охлобыстиных! Привыкли на дурнинку да на дармовщинку жить! А нет! Обломилось на этот раз, Степан Яковлевич! – Она бросила сердитый взгляд в сторону казака и вдруг растерянно проговорила: – Господи, чего ж я натворила! Ведь теперь и мне дорога в Терзю заказана! Ежели кто прознает, что я Степку уложила, мне несдобровать! – Она закрыла лицо ладонями, опустилась на камень. – Его батька да братовья на части меня разорвут и собакам скормят!

Маша присела рядом, прижала ее голову к себе. Тут Васена и вовсе разрыдалась.

– Ну, милая моя, успокойся. – Маша почувствовала, что тоже вот-вот расплачется, но собралась с силами и сказала как можно убедительнее: – Почему ты не хочешь уйти вместе с нами? По-моему, это самое лучшее в твоем положении. Мы с Митей будем очень рады, если ты согласишься.

– А Антон? – Васена подняла на нее полные слез глаза. – Он не будет против?

– А с чего он будет против, если любит тебя? – Маша с изумлением уставилась на девушку, догадавшись вдруг о причине ее слез. – Он что ж, так ни разу и не предложил тебе уйти вместе с нами?

– Ни разу! – опять зарыдала девушка. – Это я умоляла его, просила остаться, но он словно каменный, отказал как отрезал. И хоть бы разочек заикнулся, даже словом не обмолвился, что я могу уйти с вами.

Васена отстранилась от Маши, стянула с головы платок, вытерла мокрое от слез лицо, громко высморкалась. Потом поднялась с камня и сверху вниз посмотрела на Машу:

– Я ведь, Мария Александровна, ни перед кем не привыкла спину гнуть и хвостом в угоду вилять тоже не собираюсь. Не надобна я ему – навязываться не стану. Хватит того, что уже как-то валялась у него в ногах! – Она судорожно вздохнула. – Провожу вас завтра через перевал и вернусь в Терзю. И будь что будет!

– Не глупи, Васена! – рассердилась Маша. – Не хочешь унижаться перед Антоном, и правильно, не унижайся! Но почему бы мне не взять тебя в горничные? Честно сказать, я чувствую себя неловко в компании двух мужчин.

– В горничные? – расхохоталась Васена. – Да какая ж из меня горничная? И притом Дмитрий Владимирович вам не чужой! Чего тут опасаться?

– Это долгая история, Васена! И возможно, я расскажу ее, но несколько позже. Но пойми, мне все-таки будет гораздо легче и спокойнее, если рядом будет женщина.

– Только не называйте меня горничной, Мария Александровна! – Васена весело улыбнулась, и Маша поняла, что она согласна. – Я лучше, как и прежде, охотничать буду. Так мне привычнее, да и дичью кто-то должен вас снабжать, а то на сухарях долго не протянете. Мужики – оне, конечно, мужики, но тайгу плохо знают, того гляди заплутают, да и охотники наверняка тоже аховые...