Я никогда не имела привычки лезть в чужие вещи — теми же письменными принадлежностями разрешил пользоваться Эйден, когда попросила у него позволения, но сегодня руки сами открыли коробочку. Красивый золотой перстень с прямоугольным изумрудом. И, судя по размерам, женский. Захлопнув футляр, положила на место и продолжила поиски конвертов.

Одно письмо написала Эйдену, второе — Маддалене. В принципе, они мало чем отличались по содержанию друг от друга: слова любви, благодарность за проведённое вместе время и извинения, что мне пришлось так поступить. Оставив на столе два запечатанных конверта, закрыла дверь на ключ, так как возвращаться в кабинет было больше незачем.

Приготовив нехитрый обед, я села за стол, а потом принесла из гостиной кресло. Конечно, оно отличалось от того, что уничтожили инквизиторы, но всё равно хотелось вспомнить те немногие моменты, когда забиралась в него с ногами, а рядом был Эйден.

— Лара! Лара, ты что задумала?! Что за письма в кабинете? Что за распоряжения о дарении?! — Роур взобрался на стол и потормошил меня лапкой, стоило мне задремать.

— Я? Да ничего особенного.

Решила все дела доделать, чтобы потом ни у кого проблем не было. Ты только послезавтра спрячься, чтобы тебя инквизиторы не почуяли. Их здесь будет очень много. Кстати, всё хотела спросить: а как ты умудряешься говорить, как раньше, если кольцо Лаэтанна всё ещё у тебя на хранении?

Элементаль поочерёдно выплюнул части кольца, а затем с помощью языка снова отправил в пасть:

— Да за щеками удобнее всего их носить оказалось. Но, Лана, какие инквизиторы? Говори!

Я пересказала Роуру наш разговор с Ферро.

Растерянный элементаль сел на край стола, вцепившись пальчиками в кромку:"

"— Неужели нет никакого выхода? Я так надеялся, что этот талантливый сопляк тебе поможет. Он ведь всегда брался за самые сложные случаи и раз за разом выходил победителем, даже когда его грозились отчислить из академии за самоуправство и манеру плевать на авторитет признанных мастеров-целителей…

— Как видишь, Роур. Я оказалась просто невозможным случаем.

— Ты точно решила привести сюда Дерека Норенхайта?

— Да. Из-за него погибла вся семья Норы, а затем и она сама не захотела стать марионеткой в его руках.

Его одержимость нужно остановить, а других способов я не вижу.

— Хорошо, Лара. Послезавтра я уйду из дома, как только инквизиторы начнут снимать защиту. Свою уберу чуть раньше, чтобы у них не возникло ненужных подозрений.

— Слушай, Роур? А как у тебя с ювелирным делом обстоит?

Элементаль насторожился, а затем лапкой дотянулся до моего лба.

— Нет, я ещё не сошла с ума. У меня появилась идея, как ещё можно спровоцировать «дядюшку Дерека».