Конечно, могли быть различия в деталях… Старший лейтенант Хромченко мог сам пригласить неизвестного к себе в кабинет для беседы либо с целью показать ему какие-нибудь бумаги, сейф мог быть открыт, да мало ли еще чего. А этим самым умным и ловким неизвестным мог оказаться тот, кто одним из первых очутился у дверей кабинета старшего лейтенанта Хромченко.

Значит, надлежало допросить следующих товарищей:

– ПНШ-1 – капитана Рыжакова;

– ПНШ-2 – капитана Величко;

– ПНШ-4 – капитана Олейникова;

– ПНШ-5 – старшего лейтенанта Шевчука;

– писаря штаба рядового Епифанцева.

"Последними к двери кабинета Хромченко подошли заместитель командира штабного взвода сержант Костенко и начальник штаба полка майор Степанов. Возможно, придется допросить и их. Среди всей этой группы, насколько было известно Ивашову, в оперативной разработке находился только капитан Олейников. И одна из двух особо секретных папок, пропавших из запираемого отделения сейфа, возможно, была с его делом. Олейникова младший лейтенант решил допросить последним…

Начал он с первого заместителя начальника по оперативной работе штаба капитана Рыжакова.

Когда сержант Масленников привел Рыжакова в кабинет, тот выглядел очень недовольным.

– Вы отрываете меня от срочных дел, товарищ младший лейтенант, – проговорил капитан и немного скривился от предложения присесть на стул.

– Ну, а что делать, если возникла необходимость побеседовать с вами, – невозмутимо произнес Егор.

– И о чем же? – закинул ногу на ногу первый помначштаба.

– О смерти моего предшественника старшего лейтенанта Хромченко.

– Три недели назад меня уже допрашивал следователь из отдела контрразведки дивизии, – заметил Рыжаков.

– Теперь буду допрашивать я.

– На каком основании? – поинтересовался капитан, уже не скрывая своего раздражения.

– На основании того, что это мое право и обязанность, – заявил Ивашов и добавил: – И на основании того, что при невыясненных обстоятельствах погиб оперуполномоченный контрразведки «СМЕРШ» полка старший лейтенант Хромченко.

– Каких таких невыясненных обстоятельствах? – искренне удивился Рыжаков. – Все уже выяснено: ваш старший лейтенант погиб в результате неосторожного обращения с личным оружием.

– Он закрыл, – согласился с ним Егор. – А я открыл. Появились новые обстоятельства…

– Какие еще такие обстоятельства? – вскинул брови Рыжаков. – Что-то я ничего не понимаю.

– Это я не имею права разглашать, – ответил младший лейтенант.

– Значит, все закрутится по новой?

– Так точно, – кивнул Егор.

– Что, и начштаба будете допрашивать? – с легкой усмешкой спросил капитан.

– Если сочту нужным, то да, – на полном серьезе ответил Ивашов.

– Гм.