Его несколько раз пытались убить. Он чуть не умер. Все эти проблемы с Лазаревыми, Распутиным и остальными. Да один Браницкий с его проклятыми играми ему должен был седых волос добавить столько, сколько у ребят из моего взвода из Тринадцатого за целую командировку не появлялось. А мы в те ещё заварушки влезали, знаешь ли…

— Знаю, — кивнул Князь. — К чему ты ведёшь?"

"— К тому, что он на грани нервного срыва, но сам никогда это не признает. Я своими глазами видела, как люди после таких событий сжирали себя изнутри. С его последней встречи с Браницким прошло уже сколько? Почти неделя? Посмотри на него, Князь.

Он работает как проклятый. В университете. Затем сидит чуть ли не до четырёх утра и готовится к защите своего друга, а затем спит три часа, после чего опять едет в свой универ и снова всё по новой. Да, да, да, я знаю, что он тот ещё трудоголик, но так нельзя! Он себя загоняет вусмерть. Так ещё и Вика его игнорирует, что явно не добавляет ему душевного спокойствия. Они ходят вокруг да около друг друга, но будто специально игнорируют. Это же бред! Он себя так изнутри сожжёт! Стал самоуверенным. Даже не допускает возможности того, что может ошибаться. Стал резким. Грубым. Вон! Даже Ксюша…

— А что Ксюша? — насторожился Князь.

— Они вчера поругались, — Мария чуть ли не с кресла вскочила. — Она попыталась вечером вытащить его из-за рабочего стола. Чтобы он хоть немного отдохнул. А он…

— Только не говори мне, что он на неё наорал, — попросил Князь. — Я в это не поверю. Саша никогда…

— Нет, нет, — Мария замотала головой. — Ну, не совсем. Он просто хлопнул дверью у неё перед носом и приказал не мешать ему. Князь, ещё раз. Он не стал слушать Ксюшу. Просто закрылся у себя и сидит безвылазно, готовясь к этому суду.

А теперь представь, что с ним будет, если он проиграет? Я имею в виду…

— Я понял, что именно ты имеешь в виду, — сказал он. Князь взял со стола позолоченный портсигар, достал из него тонкую сигару и прикурил от зажигалки, которую всегда носил в левом кармашке своего жилета. Затянулся в задумчивости.

— Хребет верблюда ломает последняя соломинка, — произнёс он, глядя на то, как сигарный дым поднимается к потолку.

— Именно, — кивнула Мария, глядя на него. — В точку! Именно об этом я и говорю.

Он сейчас какая-то безумная квинтэссенция самоуверенности. Саша даже слушать никого не хочет. Точно так же, как…

Она вдруг замолчала и смущённо указала на Князя пальцем.

— Как я? — уточнил он.

— Ну, что-то вроде того, — немного стыдливо кивнула она. — Когда… ну сам понимаешь. После того случая…

— Да, я тебя понял, — вздохнул он и снова затянулся сигарой, зажав её в зубах.

— Просто… он тогда пытался тебе помочь. А ты его не особо слушал…

— Думаешь, что он теперь будет слушать меня? — с усмешкой спросил он.