Здесь всё так стерильно чисто, что невольно возникают мысли, а живут ли здесь вообще люди?

На столе ничего примечательного кроме подставки с ручками нет. Ящики закрыты на ключ. Поднимаю голову, замираю. Прямо на меня смотрит молодая девушка. Она изображена на огромном портрете в полный рост, как живая. Портрет висит прямо напротив стола. Подхожу ближе. Это и есть погибшая жена Марка Адамовича?

Рассматриваю внимательнее. Светлые вьющиеся волосы, как у меня. В остальном я не очень-то и похожа. Хотя, это ведь даже не фотография, портрет явно нарисован художником много лет назад. Девушка стоит в белом длинном платье с букетом полевых цветов. На пальце заметно выделяется массивный перстень с изумрудом.

Читаю подпись на картине. Разобрать не могу. Написано на неизвестном мне языке.

– Это моя Элизабет, – вдруг раздаётся голос прямо за моей спиной.

Я подпрыгиваю от неожиданности, поворачиваюсь. Сзади стоит Марк Адамович. Как он мог так тихо войти? Он что, реально призрак, холодеет у меня внутри.

– Ваша жена? – вздрагивает мой голос. Прижимаю руку к груди, в которой сердце стучит, как отбойный молоток.

– Да. Здесь ей примерно столько же, сколько тебе сейчас.

– Я не так уж на неё и похожа, – усмехаюсь нервно.

– Это не важно.

– От чего она умерла? – решаюсь на вопрос.

– Я её убил, – отвечает мужчина каким-то хриплым, потусторонним голосом. Во взгляде его просыпается бесконечная тоска, а меня охватывает ужас. Я пячусь спиной к двери. – Стой, – вдруг окрикивает меня, поднимая руку. – Не бойся, – оживает его лицо.

Я замираю. Марк Адамович проходит через всю комнату, устраивается в своём кресле за столом.

– Не придумывай глупости, – его губы трогает улыбка. – Здесь ты в безопасности. Ложись спать, Алиса. Мы поговорим, когда придёт время. Я тебе всё расскажу.

– Не стоит. Мне, наверное, пора. Спасибо, что приютили, помогли, но у меня есть дела… Там…, – взмахиваю рукой неопределённо.

– Завтра мне расскажешь о делах, и мы все решим, а сейчас иди спать, Алиса.

Бегу в свою комнату, закрываю дверь, сползаю на пол. Сердце колотится, как сумасшедшее.

Боже, куда я попала? Спать? Да я теперь вообще не смогу спать!

Жду, пока наступит глубокая ночь. Прислушиваюсь к каждому звуку и шороху. Через пару часов решаюсь выйти. Я не смогу больше оставаться здесь, и что-то мне подсказывает, что этот странный человек с дьявольским взглядом не отпустит меня, если я просто попрошу.

Крадусь к гардеробу, надеваю свои вещи. Белья очень не хватает, свитер колется, но сейчас это меня почти не смущает. Беру в руки пуховик, сумочку, крадусь к входной двери. Дёргаю ручку, массивная дверь не поддаётся.

Подхожу к окнам и вижу красивые витые решётки.