– У меня своих детей нет. Бог не дал. Вот и с мужем гражданским я из-за этого разбежалась. Алина мне как дочка. Я Марго ее растить помогала – платьица, юбочки ей шила. Я это умею. В общем, – вздохнула Тихомирова, – думала я, что Алина и в старости со мной останется и я ее деток, как своих внуков, буду нянчить, но она вдруг сорвалась и уехала.

– Ну, хорошо, – кивнул Лев Иванович, давая понять, что вопросов он больше пока не имеет. – Несите мне фотографию, чтобы уж я совсем уверился, что мы говорим об одной и той же Алине. Пока что все, что я знал о ней, совпадало с вашим рассказом.

Фотографии Алины в доме не нашлось. Вернее, нашлось много детских фотографий, а вот снимков во время учебы в старших классах и в колледже или просто с подругами – ни одного. Гуров даже к Алине в компьютер вошел, но и там ничего не обнаружил.

– Странно, – растерялась Тихомирова. – Были же фотографии. Не много, но были. Значит, все с собой забрала."

"– А как же мне быть? – нахмурился Гуров. – Мне очень нужна ее фотография. Подумайте, у кого мне можно еще спросить?

Светлана Геннадьевна задумалась, но немного погодя просветлела лицом и обрадованно сказала:

– Какая я забывчивая! В нашем подъезде ее бывший парень живет – Володя. Он на год старше Алиночки. Она с ним года три дружила, но потом, – Тихомирова пожала плечами, – что-то у них не сложилось. У Володи наверняка есть ее фотография. Я пойду и принесу. Подождете?

– Конечно, подожду, – ответил Лев Иванович. – Буду премного благодарен.

Через десять минут хозяйка вернулась и протянула Гурову фотографию.

– Вот. Я же говорила, что у Володи должна остаться ее фотка. Это Алина на первом курсе колледжа.

Лев Иванович посмотрел на снимок, потом на улыбающуюся Светлану Геннадьевну и провел свободной ладонью по лицу. С фотографии на него смотрела Арина Данилина.

– Мне нужно позвонить, – сказал Лев Иванович и направился к выходу. Возле дверей он остановился и, повернувшись к хозяйке, добавил: – Я еще вернусь задать вам пару вопросов.

Улыбка медленно сползла с лица женщины, и на ее лице появилось растерянное выражение.

– Хорошо… – как-то неуверенно ответила Тихомирова. – Я не буду закрывать дверь.

Лев Иванович вышел на улицу и набрал номер телефона Крячко, и, когда тот ему ответил, выпалил в трубку:

– Алина Тихомирова – это Арина Данилина.

– Да неужели? – рассмеялся Станислав. – Ты знаешь, я точно это же хотел сказать и тебе, когда ты мне позвонишь, но ты меня опередил. И как ты это определил? По родинке на щеке?

– По родинке? – Лев Иванович снова взглянул на фотографию, которую держал в руке. – Нет у нее никакой родинки, – сказал он.

– А вот и есть, – усмехнулся Крячко. – Ты что же, забыл, что я тебе про видеозапись рассказывал? Там у невесты была родинка.