Молодое лицо без морщин и дефектов не обмануло — ботокс и пластика, ей сильно за сорок. Самый возраст для бешенства матки. Вдруг объявление насчет прислуги маскировка? А сама сейчас потребует любви?

Действительно, разговор пошел не о работе.

Взглянула ему в глаза, облизнула губы, спросила лукаво:

— У тебя девушка есть?

Геныч решительно отступил. Тут, милочка, не Россия, так что вот вам со всей прямотой американских нравов:

— Меня не интересуют женщины.

Она закрыла рот жилистой ладошкой:

— Ты голубой, что ли?

Очень ему хотелось ответить «старой коровой», но удержался. Сказал спокойно:

— Вы давали объявление о работе?

— Епрст! — Тетушка неприкрыто развеселилась. — Давала. Только нам семейная пара нужна. Ты кем будешь — садовником или горничной?

— Зря издеваетесь. В Америке за это штраф, — решил припугнуть Геныч.

— Ну, пойди заяви, — отмахнулась она. И решительно добавила: — Нет у меня для вас работы. Только гомиков не хватало!

— Дискриминация.

— Слушай, хватит красивые слова говорить. Не в том дело. Мне нужен кто-то убирать, гладить, стол накрывать. А ты что можешь? Грязные носки в углу расставлять?

— Мама меня всегда сестре в пример приводила, — не растерялся Геныч. — У той в комнате бардак, а у меня все по линейке. И готовить я могу. И гладил на всю семью.

— Правда, что ли, вы как девочки? — весело отозвалась мадам. — Слушай, может, ты еще и вышивать умеешь? А то мне помощь нужна.

Геныч поморщился — успел отвыкнуть от родимой расейской простоты. Но закрепиться в милом особнячке очень хотелось! Успел оглядеться — территория шикарная, имеется выход на свой пляж. Да и хозяйка — при всех едкостях — ему понравилась. Лает громко, но кусаться не станет.

— Зря вы нас принижаете, мы хорошие люди, даже лучше обычных, — затараторил Геныч. — И нанять нас будет вам очень выгодно.

— Почему это? — заинтересовалась женщина.

— Обычной семейной паре надо не меньше трех тысяч в месяц платить. Да и кто в слуги идет, сами знаете. Пить будут, сплетничать, обворуют. А мы — абсолютно порядочные. По хозяйству все можем. А главное: нам хватит тысячи на двоих. Втрое меньше рынка.

— И в чем тогда подвох? — тетка весело тряхнула рыжей копной.

— У нас пока только туристическая виза…

— Просроченная?

— Нет. Еще два месяца. Но легко продлить на полгода. Прямо здесь, в Америке. А дальше мы учиться пойдем и право на работу получим, — вдохновенно приврал Геныч.

— Не, — хозяйка решительно покачала головой. — Мне муж сказал строго: чтоб все легально.

— А он у вас кто — наш? — осторожно спросил Геныч.

— Не, точно не ваш! — сострила тетка и громко расхохоталась немудреной шутке. — Но русский. Он у меня хирург знаменитый. На три года контракт получил, местных врачей учить.