— Ну, так тем более экономить надо, когда своим трудом живете! Зачем платить три косаря, если можно один? — перехватил инициативу Гена. — А миграционная полиция сунется, скажете: мы свои. Родственники. Приехали погостить.

— Да ни дай бог нам таких родственничков! — Снова захохотала хозяйка. И вдруг серьезно спросила: — А ты sunny side up сделать сможешь?

Геныч пока не слишком преуспел в английском, зато быстро соображал, Кузя им всегда восхищался. Думай, голова. Солнечная сторона вверх, это может быть только…

— Глазунью-то? Запросто. И омлет могу.

— Тогда ладно. Беру. Давай знакомиться. — Дама протянула ему крупную, в пятнышках кератом, ладонь. — Мария Олеговна. Хочешь — просто Маруся."

"— А муж возражать не станет, что вы нас взяли?

— Да он счастлив будет! — фыркнула она.

Тут настал Генин черед удивляться:

— Почему?

Маруся подмигнула:

— Ревнивый он у меня. Сто раз предупредил — чтобы никаких мускулистых садовников. Я и смирилась: деда с бабкой придется брать. Но лучше уж вас.

Запоздало забеспокоилась. Спросила:

— Но вы… нормальные? Целоваться, краситься не будете?

— На работе — ни в коем случае, — заверил Геныч.

— Тогда ладно. Пойдем. Дом тебе покажу и будку вашу собачью. Ну, в смысле бунгало для прислуги.

* * *В России Кузя работал редактором, и понижение до роли лакея воспринял болезненно. Тем более что Маруся сама впервые обзавелась персоналом, поэтому руководила вдохновенно. Постели ей заправляй без единой морщинки, разводы от тряпки на кухонном столе — сразу крик, комок пыли в дальнем углу — истерика. Кузя возненавидел хозяйку мгновенно и за глаза называл исключительно фурией. Гена смотрел глубже, понимал: просто скучно Марии Олеговне. Работать ей в Америке негде, светскую жизнь вести не с кем. Американцы в свою компанию не брали, дружить с местными русскими — горничными и водителями — статус не позволял. В спортклубы не ходила, благотворительность презирала. Только и оставалось: валяться на пляже да третировать «горничную и садовника». Кузя и Гена по десять часов в день мыли, чистили, скребли, оттирали, выметали. Но Маруся — будто злая мачеха в сказке — постоянно выдумывала новые поручения. Ладно, если пришить пуговицу, но как вам задание испечь торт? Икону заставляла вышивать. И постоянно ворчала:

— Вроде работаете, стараетесь, но где уют, красота, лоск? Я сама и то лучше уберу.

— Не могу больше, давай увольняться, — ныл Кузя.

Но здравомыслящий Гена считал: лучшего места работы им не найти. Жилье бесплатное, еда хозяйская. Зарплата «по-российски» — в конверте, безо всяких налогов. Океан под боком. А чтобы друг не кис, постоянно выдумывал развлечения. Они освоили серфинг. Брали напрокат велосипеды. Начали в теннис играть — в двух милях от дома обнаружилась целая академия.