– В советские годы беспризорники были не распространенным явлением, много их появилось в перестроечные девяностые. Как тебе удалось избежать внимания милиции?

– Не помню, – ответил мошенник. – Прятался от ментов, катался в товарных вагонах. Потом надоело, и я вернулся к родителям. Чисто детская глупость.

– И когда ты воссоединился с семьей? – лучилась я улыбкой.

– Не помню, – привычно солгал негодяй.

– Постарайся, напряги извилины, – попросила я.

– Наверное… ну… э… – начал запинаться «Егор». – У меня плохо с датами.

А какая разница?

Я склонила голову к плечу.

– Полагаю, твои родители, Наташа и Миша, приняли тебя с распростертыми объятиями? Или они схватились за розги?

– Был ремень, конечно, – забубнил «Егор», не отреагировав на имена папы с мамой. – Сначала предки меня обнимали-целовали, потом врезали за побег.

– Хватит! – воскликнула я. – Отца пропавшего Егора звали Валерием, мать Майей. Константин Олегович Лопухин не имеет к ним ни малейшего отношения. Ты кто?

– Упс! Попался! – без тени смущения и неожиданно весело воскликнул обманщик.

 – Я служу в конторе по ремонту бытовой техники. Меня в ваш дом вызвали из-за неполадок с электричеством.

– Отлично, – сказала я. – Ну и работал бы по профилю. С какой дури ты назвался Егором? И откуда вообще узнал про него?

Костя округлил глаза.

– У меня отпуска давно не было, с рассвета до полуночи пашу, как зебра на кофейной плантации. Подъехал к вашему дому, вошел во двор, такая тоска охватила… Живут же люди, подумал. На свежем воздухе, никаких, блин, тупых соседей сверху-снизу, денег полно, забот нет.

Вот бы и мне так хоть пару деньков пожить. Понимаешь?

– Пока да, – кивнула я. – Кстати, зебре на кофейных плантациях делать нечего. Продолжай!

Константин сел на кровати.

– Позвонил в дверь, чес-слово, не собирался никого разводить. Дверь распахнулась, женщина на крыльцо выглянула, я и заявил: «Здравствуйте, меня зовут…» А ты договорить не дала, перебила: «Егор Федоров, друг Юры Коровина». Вспомни, ты сама мне все рассказала!

Я прищурилась.

Действительно, негодяй не лжет. Я тогда все задавала себе вопрос: почему аноним не пригласил Егора, ключевую фигуру тех событий? Ведь именно Федоров указал на Соню и стоял на своем, хотя девочка уверяла, что не толкала Лену. В тот момент, когда я пыталась найти ответ, раздался звонок в дверь, а на пороге оказался подходящий по возрасту мужчина. Вот я и озвучила свою догадку, страшно довольная собственной сообразительностью.