Я скоро буду свободна.

И тут я увидела его. Он вышел из магазина галстуков и направился прямо ко мне. Лицо его ничего не выражало, но глаза, казалось, прожигали во мне дыру. Я была еще довольно далеко от рамки металлодетектора. Что делать? Стоять и ждать, пока он не схватит меня?

С придушенным криком «Помогите!» я рванула что есть силы к полицейскому, который, ничего не подозревая, прогуливался по залу. Конечно, я не видела, как Ли, мгновенно приподняв лацкан, показал ему полицейский значок, поэтому не поняла, почему, вместо того чтобы загородить меня, полицейский одним точным движением завернул мне руку за спину и швырнул на пол.

Я ударилась лицом о гранит, Ли выхватил наручники, и они вместе сковали мне руки за спиной. И пока Ли, тыча мне пальцем в затылок, шипел: «Ты арестована, сука!» — полисмен только потел от возбуждения и счастья оттого, что ему посчастливилось участвовать в задержании особо опасной преступницы.

Откуда-то издалека я слышала собственный жалобный голос: «Помогите, это совсем не арест… Я ничего не сделала… Спасите меня от него…» Разумеется, мои рыдания никакого действия не возымели.

Полицейский помог Ли поставить меня на ноги. Пассажиры, открыв рот, безмолвно взирали на эту сцену.

— Спасибо, приятель, без тебя я бы не справился, — сказал Ли.

— Всегда пожалуйста! Может быть, помочь вывести ее наружу?

— Благодарю, нас уже ждет фургон. Еще раз спасибо.

Вот так все кончилось — буквально за минуту. Ли крепко взял меня под локоть и повел к выходу. Я могла бы попытаться бежать, могла бы кричать, но смысла не было. Он все предусмотрел."

"— Знаешь, Кэтрин, — сказал он, — я советую тебе хорошо себя вести. Сама знаешь, что ты заслужила.

Снаружи вместо специального фургона с решеткой стояла полицейская машина, мигая красно-синими лампами. Ли открыл заднюю дверцу и втолкнул меня внутрь. Я думала, что он сядет за руль, но вместо этого он забрался на заднее сиденье рядом со мной.

Больше я ничего не помню.

Пятница, 14 марта 2008 года

На следующем приеме я сказала Алистеру, что у меня наступил тяжелый период. Я рассказала о привычке Ли тайком переставлять вещи, менять их местами или прятать, а также о клочке алой материи с пуговицей, которую я нашла у себя в кармане.

По выражению его лица я поняла, что с таким случаем в своей практике он еще не сталкивался. Наверное, он решил, что я сама подложила себе в карман пуговицу, и пытался вспомнить, в какой из методичек читал про похожие симптомы острого психоза.

Но надо отдать ему должное — он не вызвал санитаров со смирительной рубашкой, а попытался меня успокоить и одновременно приструнить. В мире полно вещей красного цвета, сказал он. Все они совершенно безобидны. Маленькая пуговка не могла причинить мне вреда.