Даже сейчас без макияжа, она не выглядела той страхолюдиной, которую я встретил в своем офисе.

— Лева! Прекрати я сказала, — заметив как сев на попу, ребенок перевернулся на живот и попытался подползти к ней, пригрозила она ему пальцем.

Манипулятор же, приняв это за какую-то забавную игру лишь шкодливо взмахнул ручками и начал подползать к краю кровати, активнее работая конечностями.

— Он похож на гусеницу, когда так делает, — заметил я.

— Попытайся не делать таких сравнений при своих родных, — фыркнула она, беря пацана в руки, и как обычно садясь ко мне спиной.

Задрала свою футболку, отчего моим глазам открылся соблазнительный вид на ее тонкую поясницу, и дала наконец сыну столь желанную сисю.

— Что мне говорить если Маржа пристанет с вопросами? — спросила она, видимо поняв, что я не собираюсь выходить из комнаты.

Хорошо еще что не видит, как я застыл словно дебил пялясь на бледный участок ее кожи.

— О, Маржа обязательно пристанет, никаких если тут и быть не может. — хмыкнул я, наконец отведя взгляд. — Делай все как договаривались. Придерживайся легенды, и помни что у меня аллергия на грибы. На любые, — добавил я.

— Ты уже говорил мне об этом в машине, когда мы обсуждали свои действия. Зачем повторять? — уверен, что при этих словах она закатила свои глаза, язва.

— Затем что Маржа наверняка спросит. Однажды она заставила мою девушку готовить, и та добавила в еду грибы. Хорошо, что моей старушке пришло в голову предупредить меня до того, как я попробовал этот кулинарный шедевр. Правда она потом добавила, что вряд ли можно ожидать многого от девушки, которая в любой момент может отравить меня.

— Эта та которой она подложила мышь? — захихикала неожиданно Надя.

— Нет, та была после грибной феи, как прозвала ее Маржа.

— Какая у тебя богатая личная жизнь. — лишь прокомментировала она.

— А вы оказывается язва, Надечка. — покачал я головой, не понимая куда делась серая мышь, заикающаяся через слово, с ее вечным «простите-извините». -В любом случае будь на стороже, пусть тебя не обманывает хрупкий вид нашего одувана."

"Переговорив с Маржей, и заручившись ее поддержкой, я поехал к деду в больницу, надеясь на хорошие новости о его состоянии.

Направившись вначале к врачу, объяснил ему свою задумку, не став конечно же упоминать о фиктивности своего брака.

— Это очень хорошо Багир, — одобрительно кивал Альберт Станиславович моим словам с задумчивым видом. — Вашему дедушке определенно пойдет на пользу столь желанная новость. Он перестанет волноваться о вашем будущем, и пойдет на поправку. Вы поймите, от лекарств нет толку если больной продолжает нервничать и беспокоиться. — увещевал он меня.

— Именно поэтому я и решил открыться деду.