Поняв, что женщина полностью покорена и убеждена в том, что это сын Багира, я с облегчением выдохнув принялась за еду.

— Видимо чай мне придется наливать себе самому, — вздохнул Багир, вычистив свою тарелку с едой.

— Вот и наливай, не сахарный не растаешь, — фыркнула Маржа.

— А я предлагал нанять горничную. Зачем тащить все на себе?

— Не нужна мне никакая горничная! — оскорбилась та. — Что я, с одним домом не справлюсь что ли?

— Ага, как же. То-то же я сам себе чай наливаю. — продолжал он ворчать, доставая две кружки с полки, и наливая нам чай.

— Ох, какой молодец, и про девушку свою не забыл! — явно удивленная его поступком, покачала она головой. — Что-то я не замечала за тобой такую заботу, когда ты привозил к нам свою прошлую…как там ее? Совсем запамятовала.

Судя по хитрому выражению, лица сказано все это было специально для меня. Не знаю, чего она этим добивалась, но на всякий случай я опустила глаза перестав есть. Как бы глупо это не было, но меня действительно кольнули ее слова.

— То были девушки, Маржа. Надя же моя жена. Жены знаешь ли приучают и не к таким вещам, — не подавшись на провокацию, подмигнул ей Багир, ставя передо мной чашку чая. — У нас есть сливки?

— У нас всегда есть сливки! Что за вопрос?! — оскорбленно спросила она.

— Вот и отлично! — направился он к холодильнику, и достав кувшин со сливками, уселся обратно.

— Что значит она твоя жена!? — словно очнувшись прошептала Маржа.

«Вот и началось самое интересное» — подумала я, вздыхая.

8

— Видишь, Надь? Есть жена плохо, нет жены тоже плохо, — покачал головой Багир, непринужденно отпивая свой чай.

— Багир, — укоризненно покачала я головой, следуя нашему плану. — Не надо так. Ты же сам говорил, что надо отпустить эту…

— Да знаю я что говорил, Надь! — отставляя чашку вспыхивает мой псевдо муж. — Учитывая то, как эти двое были против русской жены для меня, удивительно то, что ты вообще согласилась ехать сюда.

— Что ты такое говоришь, Багир! — вспыхивает Маржа, и что-то подсказывает мне, что только Лева мешает ей прижать оскорбленно руки к груди.

Багир искусно исполняет свою роль, разыгрывая праведное негодование, пока я пытаюсь сделать вид что мне не по себе от его слов. Хотя почему пытаюсь? Мне действительно не по себе, от всего того, что приходиться делать. Я не привыкла врать. Тем более старшим."

"— Пожалуйста, успокойся, — накрываю я его ладонь, «смягчая». -Мы же договаривались. Мы приехали не для того, чтобы предъявлять претензии. Твой дедушка болен, и ему в последнюю очередь нужны все эти…

— Так ты из-за наших слов скрывал свою семью!? — шокировано перебивает меня, Маржа.