Однако же имело ли это отношение к вероятному заговору против государя-императора? Да или нет? Да или нет… Какой смысл объявлять государю о раскрытии опаснейшей сети фальшивомонетчиков, когда задание его состояло совершенно в ином? И все же успех налицо, и дело следует довести до конца. Тем более куда проще объяснить соратникам, что охотишься на австрийских шпионов, а не на великосветских львов. Так оно, пожалуй, правильней.

* * *В дверь кабинета постучали.

— Ваше высокоблагородие, разрешите доложить! — На пороге стоял неунывающий атаманец. — Заброс невода прошел успешно!

— Какого еще невода? — раздраженно поглядел на казака Лунев.

— Ну, как в сказке, помните? Первый раз закинул старик невод, второ…

— Ты можешь толком рассказывать?

— Так а я шо, молчу, что ли? Я как на телефонной станции с девушками о том, о сем потолковал, заехал в полицейское отделение узнать, нет ли вестей о нашем таинственном Ринальдо Ринальдини.

— О ком?

— Ну как же, Ринальдо Ринальдини — Черный Дракон, благородный разбойник. Как водится, погорел на бабе.

— Тьфу ты! — В сердцах бросил контрразведчик. — Запомни, того, кого мы ищем, зовут Конрад Шультце.

— Как скажете! — Сотник вытянулся в струнку, изображая на лице предписанное императором Петром идиотское выражение. — Я только доложить хотел, что следок-то вышеупомянутого имярека сыскался.

— Ну-ну, давай говори!

— Эх, то «говори», то «тьфу ты». — Холост обреченно махнул рукой. — Жизнь мотузяная. Не ценют. Разве шо по башке не бьют. В общем, так дело было: по сообщению городовых Иванкова и Кутейникова, человек, сходный по описанию с господином Шультце, на Большой Морской, неподалеку от французского посольства, взял извозчика и отбыл в неизвестном направлении.

— Все? — разочаровано произнес Лунев.

— Было бы все, стал бы я рассказывать! Городовые эти у посольства регулярно дежурят и извозчика этого знают. Отыскали его, порасспросили как следует. Я ему фотографию показал. Ее пострадавший наш среди бумаг Конрада изъял. Так вот, извозчик по фотографии клиента опознал. Говорит, точно, долго по городу с ним ездили, а потом на Литейном, у Таврического сада господин Шультце с извозчиком расплатился, даже с лихвой дал, попросил молчать и буквально растаял в тумане.

— Где это было? — скороговоркой произнес контрразведчик, напрягаясь, точно борзая, почуявшая след.

Атаманец склонился над разложенной на столе картой, отодвинул стакан с остывшим чаем и уверенно ткнул пальцем в прямую линию улицы.

— Вот тут.

Лунев устремил взгляд туда, куда указывал его помощник.

— А тут у нас что? Как интересно! Если верить карте, отсюда до Брусьева переулка едва ли полтораста саженей будет!

* * *(Из донесения от…01.1915 г.