Сначала видно было, что боится возвращаться в проклятые земли, но потом как-то в разговоре со мной, когда мы восстанавливали в памяти, как все устроено во владениях древнего мага, вспомнила, как встретила там своего отца, ставшего личем и не узнавшего ее, как так и не выяснила судьбу своей матери, тоже пропавшей в проклятых землях, и ее боязнь сменилась жаждой отомстить. После этого, кстати, ее магия стала с каждый днем становиться все сильнее и сильнее. Видимо, ярость каким-то образом помогает в управлении потоками. Особенно — темными.

Остальные участники отряда тоже горят желанием уничтожить древнего. Когда я им сообщил, что хочу взять их с собой в проклятые земли, все тут же вызвались добровольно сопровождать меня. Приказывать никому не пришлось. Знают, что могут погибнуть, но мечта поквитаться с хозяином нежити, державшем их в рабстве, заставляет об этом забыть.

Все, разумеется, рассчитывают на меня. Уверены, что у меня есть какой-то хитроумный план. А его и нет. Все наши попытки с Элифасом создать артефакт, направленно блокирующий магию, потерпели неудачу. Каждый раз упирались в то, что для его работы потребуется слиток ридита в полтонны весом. Так что единственный такой действующий артефакт на сегодняшний день — это я сам. Научился перекрывать доступ противнику на расстоянии в сто метров к одному какому-нибудь магическому потоку, на дистанции в пятьдесят метров — к двум, а если к большему числу — то нужно подходить почти вплотную. Так-то это колоссальный успех, почти на сто процентов гарантирующий мне победу в поединке с любым магом этого мира. Вот только, боюсь, что в случае с древним — это как мертвому припарка. Он владеет всеми направлениями магии. И на таком уровне, что мне и не снился. Так что единственный шанс на успех — это внезапность нападения. И тут никакой план заранее не составишь. Вот доберемся до его владений, осмотримся, тогда и станет понятно, возможно ли застать врага врасплох."

"В поселении Сигрид нас уже ждали. Гонца к главе Совета оборотней я отправил заранее, чтобы она вызвала из своего уединенного имения, где он предавался научным изысканиям в компании уже двух юных оборотниц, эльфийского архимага Минтэаса. Оказалось, что он тот еще интроверт. С одним исключением для красивых девушек. Ну, не мне его осуждать. Сам тоже хорош.

К счастью, присоединиться к отряду Минтэас не отказался. Это меня откровенно порадовало. То, что он может сделать, оказавшись в лесу, я видел. А деревьев вокруг дворца древнего мага достаточно. Любит, скотина, в тени прогуливаться. Может быть, так и поступить? Дождаться, пока он выйдет, да и порвать его на части ветвями? Увы, но эльф мою эту идею сразу забраковал.