— Выпьете?

— Один «Сан-Франциско». Со льдом.

— Прекрасно! Присаживайтесь — я сейчас принесу."

"Владимир Александрович присел за столик в углу, лицом к выходу, аккуратно пристроив дипломат в узкий промежуток между крахмальной клетчатой скатертью и стенкой, — плащ он перед этим снял и повесил на один из служащих для этой цели оленьих рогов.

Вообще-то можно было выбрать любой из шести пустовавших столов — столпотворения «У Бориса» явно не наблюдалось. Рядом с неработающим телевизором о чем-то шепталась студенческого вида пара — длинноволосый парень в свитере и коротко стриженная девушка. Друг друга и двух чашек кофе им было вполне достаточно доя гармонии с окружающим миром. Еще один посетитель как раз рассчитывался с барменом — судя по количеству грязной посуды, завтрак его был обилен и недешев. За самым большим столом, шестиместным, прямо под портретом Гюнтера Вальрафа[3], бурно дискутировала богемного вида компания. Энтузиазм ее участников подпитывался табуном пивных бутылок, среди которых белела тонкой шеей родимая «Столичная». Виноградов прислушался…

— И все-таки оставаться русским вне России… На последних выборах я дал данные социологического опроса по столице…

— Да читали все! Читали! Мой редактор, старый пердун…

— Как ты вообще с ним работаешь? Скопище коммунистических фашистов! Переходи к нам…

— А платить мне кто будет? Эти голодранцы из сексуальных меньшинств?

— Проститутка!

— Сам ты… Гений чистой красоты!

— Хватит! Хватит политики… Дайте Киту закончить!

— Точно, давай, Кит!

— И все-таки…

— Заткнись! Не обращай внимания, Кит, продолжай.

Румяный парень с серьгой в ухе и в черно-белом пиджаке расцветки «зебры играют в шахматы» глотнул прямо из горлышка, перелистнул страницу блокнота и продолжал с того места, где его, очевидно, прервали:

— Итак, мы исходим из того, что нет ничего вне материи. Но марксистская «объективная реальность, данная нам в ощущении» — есть ничтожно малая частица материи, как раз и называемая «материальным миром». За его пределами, то есть вне наших знаний об окружающем нас, и существует «энергия материи», влияющая на все, что происходит в нашем материальном мире.

— Бог, что ли?

— Помолчи ты!

— Так вот. «Энергия материи» наряду с «локальной энергией» являются причиной и следствием любого действия, поступка, процесса, происходящего в материальном мире.

— Ловко!

— «Локальная энергия» — это то, что отличает живое от неживого…

— Однако! — шепнул расставлявшему перед ним заказ бармену Виноградов. Он был не на шутку заинтересован. — Это что — псих? Или гений?

— Не знаю, — пожал бармен плечами. И резонно добавил:

— Лет через двадцать выяснится.