Я легко целую кончик её носа, потом губы. Что-то во мне очень возбуждает Алю, и я склонен думать, что это не моя ущербность. По крайней мере, она всегда относится ко мне как к здоровому мужчине, особенно во время секса.

II часть

Спасение шизофреников – дело рук самих шизофреников?

(взято с форума в утвердительном варианте)Глава 12.2. Олег

Приторную сладость взбитых сливок я по-прежнему не чувствую, впрочем, как и вкус шоколадной глазури, но хрустящие грецкие орехи в торте, кусочек которого я в данный момент пережёвываю, не могут не доставлять удовольствие.

"

"В помещении душно, несмотря на работу кондиционера в приёмной, который, к сожалению, нельзя включить мощнее, так как Нина боится простудиться. Впереди у неё отпуск в Турции, к которому она усиленно готовилась в течение последних двух месяцев, а именно: сидела на строжайшей диете, ходила в фитнес-клуб, где занималась с, как она выразилась, «умопомрачительным мужиком», как я понял, – с тренером. Не сказал бы, что заметна какая-нибудь разница между её предыдущим внешнем видом и теперешним, но девушка с такой мольбой смотрела в глаза, спрашивая моего мнения, что пришлось солгать, назвав её секси-красоткой.

Она сразу же передала это Але, в результате чего тем же вечером я получил втык дома. Это, кстати, был первый раз, когда я подумал, что Аля меня ревнует.

– Олежка, и что там дальше? – спрашивает меня Вероника, миленькая девушка из бухгалтерии.

На первый взгляд она весьма недалёкая, но, как я выяснил позже, Веро намного глубже, чем старается казаться. Видимо, это её способ защиты от вешнего мира.

У каждого из нас своя война, свои баррикады и свои способы наступления. Каждый приспосабливается, как может. Мне ли не знать.

Недавно Нина очень помогла Веронике в решении какого-то рабочего момента, за что последняя притащила торт, откушать который девушки меня и пригласили, забывая, что я не люблю сладкое. Обижать их не хочется, поэтому я старательно выбираю орехи из своего немаленького куска, рассказывая, как мне кажется, смешные истории, чтобы отвлечь внимание от своей незаинтересованности в еде.

– Олежка, ну и что? – кладёт Вероника руку мне на плечо. Она смеётся, видимо, истории кажутся смешными не только мне.

– Ты скажешь уже или нет!? – нервничает Нина, которая отрезала себе уже пятый тоненький кусочек лакомства.

– Ну я и говорю: «Если вы не видите Эмиля, это не значит, что он не видит вас!»

Нина хохочет, прикрывая рот салфеткой, а Вероника падает на стол, не в силах сдержать эмоции. Она изрядно переигрывает.

Опять касается меня рукой:

– Ну ты даёшь! – смеётся.