Я уж думал, они мной вообще не интересуются.

– Он не решался морить меня голодом, – пошутил я, улыбнувшись Джонни. От его ответной улыбки у меня потеплело на душе – его широкое морщинистое лицо было как хорошо знакомый пейзаж, спасительная гавань.

– Вот именно. Лучше уж накормить его подгоревшей запеканкой, чем вообще ничем, – пробурчал Джонни. – Нам хорошо вместе, правда?

– Ещё бы, – ответил я с оттенком злорадства. Пусть родители знают, что мне и без них прекрасно!

– Какой предмет тебе нравится больше всего? – спросила меня Айрис.

– Пожалуй, гидрология, – сказал я. – Наша учительница, морская черепаха, рассказывает массу интересных вещей. Мне и ещё паре ребят – например, вон тому – задали подготовить совместный реферат о коралловых рифах.

Крис в это время болтал с нашим поваром и завхозом Джошуа; заметив, что мы говорим о нём, Крис с улыбкой нам помахал. Родители, мельком взглянув на него, тут же утратили к нему интерес."

"Мы поговорили ещё некоторое время, и я узнал, что они юристы, консультируют крупные предприятия и постоянно в разъездах. У них та же профессия, что у Лидии Леннокс?! Зашибись.

Они узнали, чем я люблю заниматься в свободное время – рисовать, читать научно-популярные книги, тусоваться с друзьями – и что Джонни, паршивец, всё детство запрещал мне бывать на море.

Но сколько мы ни болтали, сближения я не чувствовал. Надо как-то растопить лёд. Я прикинул, как произвести на них впечатление и завоевать их уважение – и наконец придумал. Им обоим, по-видимому, нравилось быть акулами… Надо показать им, что я умею в обличье тигровой акулы! И правда – когда я им это предложил, они заинтересовались.

– Конечно превратись, – сказал Скотт, и мы вышли на улицу.

Джаспер случайно оказался в пальмовой рощице в обличье броненосца. Он мысленно пожелал мне удачи, и я, стягивая футболку, криво улыбнулся ему. Надеюсь, мне удастся превратиться!

Я изо всех сил пытался сосредоточиться на мысленном образе тигровой акулы, но так разнервничался, что поначалу ничего не происходило. Чёрт, чёрт, чёрт! Родители молча ждали, внимательно наблюдая за мной. Из-за этого я ещё больше напрягся, и превращение прошло совсем не так гладко, как на уроках.

Потом я наконец стал плавать в обличье хищной рыбы на бирюзовом мелководье и заметил, что начинаю успокаиваться. Размеренно взмахивая хвостом – туда-сюда, туда-сюда, – я пересёк лагуну, и одноклассники в испуге поспешили оттуда убраться.

– Э… ну, мне пора, – сказала Оливия и вышла на берег. Когда я случайно повернул морду в сторону Блю, она рванула в открытое море, хотя Шари крикнула ей вслед:

– Стой, подожди!

Надо показать родителям, что я умею.