Если диверсанты подыскивали там место для посадки транспорта, то наверняка оставили следы. Снега там хватает, так что смотрите в оба и будьте внимательны.

Понятно, кивнул Ильичев.

— Пуаро, ты с Дизелем и Китайцем берешь северо-восточный сектор. От места стоянки, на север полоса поиска 5 километров, на восток — 6, дальше не залезай. Прочеши там всё. Смотри следы, обращай внимание на всё, что касается деятельности человека: срубленная ветка, дерево, спички, окурки; и специфические следы: присыпка от собак — марганцовка, железный купорос, горчичный порошок, табак, бензин, керосин, нафталин.

Короче, всё то, что можно заметить или определить по запаху. Следы присыпки искать на снегу, а на сухой траве и хвое — бесполезно. Всё ясно?

— Да, ясно, — ответил младший сержант Данейко.

— Я беру юго-восточный сектор. Со мной идет Батый. В лагере за старшего остается Голубец. Экипировка — боевая. Рюкзаки оставляем здесь.

А вот и первое замечание, которое капитан Шаров обязатольно занесет в свой походный блокнот. Простыми словами «командир рвался в бой». Чего ради Литвинов сам решил провести рекогносцировку местности, непонятно.

Если бы капитан знал, что сержанту известно расположение баз и дозоров условного противника, он бы только иронически усмехнулся: отрабатывая перед подчиненными, командир группы шаг за шагом вел бы группу в единственно верном направлении. И уже с наступлением сумерек привел бы разведчиков к цели.

Было заметно, что Литвинов изо всех сил старался не замечать контролера группы, но взгляд его, тем не менее, всё чаще натыкался на капитана. Ротный был здесь лишним и понимал это. Один — но в глазах командира и всей группы он представлял собой битком набитую аудиторию.

Это для них, «первоходов», а находился бы капитан в компании бывалых спецназовцев, остался бы незамеченным. Или стал бы сосредоточением их топорных острот. Их приколы на заметку не возьмешь, дерзкий и в то же время насмешливый взгляд на бумаге не опишешь: «Эй, капитан! Че ты там нацарапал? Дай почитать, все вместе поплачем».

Эта ложбина, где сосредоточилась разведгруппа, выходила крутояром на восток, и на восточном же склоне, который больше всего пригревался солнцем, было подходящее место для временной стоянки: снег с откоса сошел, сплошной ковер из сухой травы не давал мерзнуть.

И еще одна положительная особенность этого места: достаточно было выставить всего одного дозорного — на вершину холма, где естественным укрытием служили хитросплетения кустарника и навалы бурелома, — откуда местность просматривалась на все четыре стороны. Это уже плюс командиру РДГ; но вот если бы не его минус... И если бы можно было применить математическое правило, позволяющее аннулировать результаты. И вмешиваться ни в коем случае нельзя.