""

Артемов, тяжело вздохнув, открыл дневник в середине, где спаренные листы выпадали и были истрепаны сильней остальных.

9 января 1996 года. Кизляр. Вооруженное нападение на военный аэродром, блокирование воинских частей внутренних войск, городская больница и роддом. «Я получил приказ и уже к исходу дня был со своими бойцами на южной окраине Кизляра... Отряд Радуева — свыше 300 штыков — попытался захватить аэродром и военный городок...»"

"Ну, картина эта известная, хотя и безрадостная, нахмурился и чуть сдвинул брови Артемов. Дневник этот, судя по всему, боевого офицера.

Может, в конце удастся узнать его имя.

Полковник открыл последнюю страницу. На ней всё те же ровные строки, написанные всё тем же убористым почерком, — но до чего же знакомые слова...

«Устал я от беспредела. Может, люди прочитают и что-то сдвинется в их уродских мозгах. Нельзя так. Я здесь не то чтоб свихнулся, но что-то важное в себе погубил... Я не хочу, чтоб сейчас кто-то прочел это — еще рано, мне кажется. Но, может, лет через пять или шесть будет не поздно».

Что за черт!..

Артемов открыл предпоследнюю страницу.

""В советское время было общество социальной справедливости.

А сейчас я не чувствую себя гражданином своей страны. Сброд! России не существует. А воюю я за русский народ, за его малую часть, которая еще сохранилась. Для меня русский народ — мои солдаты...

...чеченцев надо ассимилировать...

...Дайте нам веру в будущее, и мы перемелем всех"".

Полковник Артемов пока ничего не понимал, кроме одного: едва ли не слово в слово интервью, данное Игорем Мельниковым российскому телеканалу, совпадало с записями неизвестного. Скорее офицера. Кто он? Что с ним случилось? Как попал его дневник в руки Мельникова? И почему Мельников процитировал неизвестного, лишь в некоторых местах сбиваясь, что ли, на жаргон или молодежную лексику: «Бах! Мозги по всему подвалу».

Это от Мельникова. Но было ли на самом деле? Может, приврал, как его друган?

Дал открытое интервью. Получил разрешение? — пришел неожиданный вопрос. От кого? Чутье подсказывало Артемову, что автора дневника нет в живых.

Бах!

Было ли это на самом деле?

Приврал?

Полковник Артемов снова склонился над листом бумаги, остро отточенный карандаш оставляет на нем следы, которые приведут неизвестно куда.

«Моль». Неужели Мельников? А куда же девать его боевые заслуги? И снова приходит на ум российский офицер-предатель, капитан спецназа Н. «Мочил» бандитов, работая на Масхадова. Показатели — выше крыши. Ни разу не был ранен. Как и Миротворец. Поносил «чехов». Как и Миротворец.

Главное разведывательноеуправление

Генштаба ВС

Секретно

Генерал-полковнику ТИМОФЕЕВУ

Лично

Р-252

14 апреля 2003 г.

Во время оперативно-следственных мероприятий среди личных вещей ст.