- Войско уже под полным контролем моих собратьев, - пожал плечами Таруй, - с тобой остались только эти, - дервиш указал на столпившихся на берегу рыбаков и добровольцев для морского десанта.

Атомба начинал злиться. Он слегка наклонил голову, как перед боем, исподлобья сверля дервиша колючим взглядом. Атмосфера накалялась.

- Не делай глупостей, дружище, - примирительно сказал Таруй. - Просто езжай к шатру Нгарха. Я уверен, ты не пожалеешь, когда приобщишься к божественной силе.

- Видимо, моя вера недостаточно крепка, - упрямо покачал головой Атомба.

- Хм… Тогда попробуем иначе… С тобой не получится, а вот с ними… - альбинос повернулся к дахейцам, которые его сопровождали. Хоть раньше это были воины Атомбы, в последний месяц они служили только Тарую. Неизвестно, насколько дервиш сумел промыть им мозги за это время.

Таруй ничего не сказал вслух, но его тяжелый взгляд заскользил по лицам воинов. Подавляя чужую волю, он приказывал дахейцам арестовать непокорного вождя. Однако это задание оказалось самым сложным в их жизни. Несколько человек с перекошенными от боли лицами выронили оружие и упали на колени – они держались руками за головы, терпели, но не подчинялись. Некоторые просто замерли, словно парализованные, не смея ослушаться, но и не находя в себе сил выполнить приказ. Лишь четверо шагнули к Атомбе, направив вперед наконечники копий.

Вождь по-прежнему оставался безоружным.

- Уберите копья! – приказал он медленно приближающимся дахейцам. – Иначе потом вам будет не избавиться от позора.

Двое остановились, еще двое продолжили наступать.

- Я могу убить вас голыми руками, - сказал Атомба. – Ещё шаг – и мне придётся сделать это.

- Да, вождь…Убей меня… - удалось прохрипеть одному из наступавших. На его шее вздулись вены, а белки глаз покраснели от напряжения.

Однако Атомба был достаточно опытным бойцом, чтобы не убивать. Тем более столь медлительных, одеревеневших противников. Ловко увернувшись от слабого выпада, он поднырнул под древко и быстро обезоружил воина. Провёл подсечку – дахеец плашмя плюхнулся на песок. Секунду спустя второй нападавший улегся рядышком.

- Всё-таки это мои воины, дервиш, - без тени былой приязни сказал Атомба, - и даже твоя магия не сможет этого изменить.

В следующий миг выражение его лица изменилось. Словно бы вождь увидел некую опасность за спиной Таруя. Жрец заколебался, стоит ли обернуться, не уловка ли это. И успев заметить быстрый замах Атомбы, просто рухнул лицом вниз, подчиняясь инстинкту самосохранения.

Копьё, только что вырванное из рук одного из воинов, просвистело в воздухе и вонзилось в грудь барону Руделю. Удар был столь сильным, что раздробил ребра. Окровавленный наконечник вышел между лопаток сзади.