Конечно, пользы от таких видений не было никакой – Мишек не понимал ни как штуковины устроены, ни для чего они служат. Выглядели они настолько чудно, что в человеческом языке и слов-то для них не находилось. Хрен-пойми-что. Это как раз и пугало. Если бы привиделось что-то полезное для доения козы или копчения рыбы, был бы хоть какой-то толк. Но всё настолько безумное… Даже хуже крыльев покойного деда Талайки.

А однажды случился приступ. Нет, ничего не заболело – был это приступ одержимости. До конца не проснувшийся Мишек вскочил с лавки, скинул на пол одеяло, и, боясь потерять засевшую в голове мысль, бросился во двор. Схватил палку и принялся что-то корябать на земле. Слава богу, что этого не увидел никто из соседей. С удивлением смотрели на Мишека коза да сидевшая возле неё на табуретке бабушка. Пока старуха доила козу, ничто не могло её отвлечь, хоть бы гром грянул среди ясного неба. Закончив работу, она не проронила ни слова, а только покачала головой. Подвязала тот самый теплый платок, привезенный с ярмарки, и молча понесла молоко в дом.

А потом и вправду грянул гром. Вслед за ним упали на землю крупные капли. Летний дождь, внезапный и сильный, ударил с неба и за минуту превратил чертежи Мишека в обычное пятно грязи. Только тогда дошло до него, что произошло. И так стало себя жалко, так не хотелось стать местным дурачком, новым Талайкой, над которым будут потешаться, пока он не свернет себе где-нибудь шею…

Мишек неподвижно стоял под струями ливня, широко расставив руги и ноги. И вместе с потоками воды текли по его щекам слезы.

Со временем Мишек устал бояться. Нельзя сказать, что дал волю странным снам и фантазиям – нет, конечно, по-прежнему старался гнать долой навязчивые мысли и боролся с наваждениями. Но начал относиться ко всему проще, с изрядной долей деревенского безразличия. Дескать, будь что будет – авось и пронесёт. Вроде, как и на самом деле немного припустило, стало легче.

Однажды, чтобы развеять мысли и попросту отдохнуть от очередных ночных видений, решил Мишек пойти в лес по грибы. Один из дружков - Шмелек, тоже пока неженатый (ох, сколько вместе было выпито!) давно звал, рассказывал, будто нашел хорошее грибное место.

Окрестные леса богаты не только ягодами, но и грибов можно найти, каких пожелаешь. Тут тебе и красные крепыши, и белые пузаны, даже веселящих наковырять можно, если не боишься жевать подобную дрянь.

Так бродили друзья по лесу, собирали грибы, попеременно потягивали из фляжки, которую Шмелек прихватил с собой.

Корзинки наполнялись, содержимое фляжки сокращалось.

Вскоре развернулись, чтоб топать обратно в деревню, но решили пойти другой тропой – по пути еще грибов набрать, чтоб прям с горкой было.