И ревность, чёрная,мрачная, затопила меня вперемешку с отчаянием. Меня долго не было. Рустам - мужчина, горячий, темпераментный. С чего я решила, что всё ещё нужна ему? Вдруг за это время у него кто-то появился? И он отправился к ней за утешением? Я ведь предательница в его глазах. А всё, что я пережила за это время, это ложь. Я это выдумала...

Плакала долго. Обо всем. О разрушенном браке и потерянной любви, о том страшном дне, когда всё сломалось, о том, что было после. Потому что всё это время у меня не было возможности предаваться слабости. Мне нужно было бороться за сына. И я боролась. Так, как никогда в жизни. Я победила. Моему мальчику 7 месяцев. И проиграла тоже. Вряд ли мы сможем помириться с Рустамом. Иначе он бы не уехал.

Я ждала, что вернётся. Даже в комнату не поднималась. До тех пор, пока из радионяни не раздалось жалобное попискивание. Тогда я вернулась к ребенку. Провоевал с Давидом, прилегла.

После нескольких часов сна, который скорее вымотал, чем позволил отдохнуть, меня встречает безрадостное утро. И проснувшийся сын. Прикладываю его к груди. Замечаю, что молока почти нет. Давид это тоже замечает. Не наедается, капризничает. Надо исправлять положение. У меня тоже режим кормящей мамочки. Нужно поесть, несмотря на отсутствие аппетита. И жидкость тоже нужна. А ещё нужно успокоиться, если я не хочу оставить своего ребёнка без молока.

Рустама нет. Во всяком случае, к нам он не приходит. Поэтому иду искать кухню. Никого в доме не встречаю. Охрана, видимо, на территории. А кто ведёт домашнее хозяйство?

Кухню мне удаётся найти быстро. Здесь потрясающе. Всегда о такой мечтала. Делаю себе чай. Сладкий. Лезу в холодильник. Продукты тоже в наличии. На одном из столов кухни стоят коробки и баночки с детским питанием. Это очень кстати. Я уже даю Давиду прикорм. Кашка сейчас не помешает. Ни мне, ни ему. А ещё на кухне стоит детский стульчик, в который можно поместить малыша. И даже прикреплены пара игрушек. Музыкальных. Сажаю ребенка в стульчик и включаю одну из игрушек. Она крутится, светится огоньками, играет приятная мелодия. Давид наблюдает за этим с открытым ртом. Ему нравится. Мне тоже.

Я отпиваю чай из кружки. Нахожу мультиварку, крупу, готовлю себе кашу, потому что Давид хоть немного, но поел. А если я не позабочусь о себе, то сын останется без молока

Потом рассматриваю коробки и нахожу кашу. Она готовится просто. Делаю всё по инструкции, сын увлечен игрушками и не мешает. Перехватываю пару бутербродов с сыром.

-Надо же, какие люди! Сто лет, сто зим не виделись. Да, Ольга? - подпрыгиваю, услышав голос. Хорошо, что тарелочку с кашей для Давида успеваю поставить, а то бы уронила.

Оборачиваюсь.

-Марат! - восклицаю, не зная, что ещё сказать.

Раньше у нас были ровные отношения.