— Алина! — требовательный окрик, выдернул меня крепкие пальцы, а потом перевела взгляд на мужчину:

— Что?

— Все хорошо? — пытливо вглядывались в мое лицо голубые глаза.

— Да, конечно. Как ты сюда попал?

Пожал плечами, уходя от ответа. Не стала уточнять, зная, что если Миша когда и вломиться, то только с благими намерениями.

— Там доставку привезли. Почему вчера не сказала, что продуктов нет?

— А должна? — спросила, вздернув вверх правую бровь.

Поведение Миши было каким-то не таким. Неправильным. И это смущало.

— Нет, — мужчина огорченно взъерошил темно-русые волосы.

Залипла, глядя на этот жест. В памяти нечеткой картинкой всплыл точно такой же, только цвет волос другой — светлее, теплее, мягче… И прическа. Закрыла глаза, стараясь уловить воспоминание, но в голове лишь тенью вспыхнула ускользающая улыбка.

— Я пыталась медитировать, — призналась, когда поняла, что от памяти большего не добьюсь, а мужчина все также настойчиво разглядывает мое лицо в ожидании ответов.

— Получилось?

— Нет, — расстроенно мотнула головой.

— Покажешь одежду, в которой вернулась домой?

— А? Да, — кинулась в коридор, вспомнив вчерашний разговор.

Вытащила из стиральной машины сверток, ругая себя, что не посмотрела еще утром. Обычные темные брюки и рубашка. По полу покатился довольно большой синий камень, прямо под ноги стоящему мужчине. Он наклонился, поднял его.

— Надо же… не огранённый сапфир, — присвистнул изумленно.

— Что? — рука метнулась в карман штанов, а когда я ее достала и разжала, на раскрытой ладони появилось еще четыре камешка.

— Где ты их взяла? — требовательно спросил мужчина.

Пожала плечами, рассматривая камни: кроваво-красный рубин, ярко-зеленый изумруд, застывшее медовое солнышко янтаря, и темно-серый со сверкающими гранями камень, кажущийся неуместным в этой коллекции.

— Это алмаз, Алина, — отметил Миша, разглядывая камни и опуская подобранный с полу сапфир. — У тебя на руке миллиардное состояние. Не ограненные, крупные. На любом аукционе цена каждого из них превысит миллионы. Где ты их взяла? — повторил настойчиво.

В памяти всплыла увесистая резная шкатулка полная сотней самоцветов и моя рука, ковыряющаяся в ней отыскивая, среди этой россыпи именно эти пять камней.

— Я не помню, — призналась, беспомощно вглядываясь в глаза друга.

Пол под ногами поехал, я пошатнулась и тут же оказалась подхвачена на руки.

Меня сгрузили на диван.

— Не переживай, тебе вредно. Я сейчас сдам вещи на экспертизу, аккуратно пробью базы и узнаю, не пропадали ли камни. А потом что-нибудь придумаем. Вечером позвоню? — посмотрел вопросительно, снедаемый гложущим желанием отправиться на поиски разгадки и беспокойством обо мне.