– Помнишь, я говорила, что у нас очень мало общего?

– Да.

– Так вот, общего у нас теперь значительно больше, чем ты можешь себе представить…

***

Следующий месяц пролетел словно несколько дней.

Как оказалось, если Клаус принимал какое-либо решение, то сразу разворачивал бурную деятельность. Он забрал меня из Иркутска на следующее же утро, и сразу из аэропорта мы поехали знакомиться с моей мамой. Возле ее дома нас встретил какой-то представительный мужчина на хорошей машине и вручил букет цветов с коробкой дорогих швейцарских конфет.

Букет, в итоге, Клаус с порога подарил матери и заявил, что он, возможный барон Сайн-Витгенштейн, с радостью женится на ее дочери, так как любит ее безмерно. Мама понюхала цветы, посмотрела на конфеты и со вздохом сказала, что, по всей видимости, ее скорее ставят в известность, а не спрашивают родительского благословения, а потому… позвала пить чай!

Вопреки моим опасениям, застольная беседа прошла хорошо. Мама выжала из немца всю возможную информацию, причем ее было столько, что даже я слушала, открыв рот.

– Итак, уважаемый… Где вы собираетесь жить?

– Я бы предпочел Нью-Йорк. Именно там у меня основная масса клиентов. Но я понимаю, что с появлением ребенка возникнет необходимость приобрести дом в пригороде. Мы начнем его присматривать сразу, как приедем.

– Кем вы работаете? – сделав маленький глоток чая, поинтересовалась маман.

– Частный детектив и юридический консультант по особым вопросам. У меня свое агентство.

– Ди-и-ивно, – промурлыкала мама, с интересом посматривая на жениха, чья привлекательность росла в ее глазах прямо пропорционально оглашенному списку достоинств.

В общем, одобрение на брак он получил не напрягаясь… А через неделю мы улетели в Америку! Все же, даже с возможностями Клауса, получение визы в США – дело не простое.

Там, не успела я оглянуться, как меня уже поставили на учет в хорошей клинике, купили гардероб и даже вкрадчиво спросили, не хочу ли начать обставлять одну из комнат огромной квартиры, как детскую.

Вот тогда меня и накрыла паника!

Несмотря на всю сказочность, мне периодически было страшно и жутко. Иногда казалось, что все это просто прекрасный сон, который пропадет с первыми лучами рассвета, и я проснусь на узкой гостиничной кровати где-то в Иркутске.

Но Клаус был рядом. Всегда терпеливый, нежный, любящий… настолько замечательный, что я понемногу оттаивала и переставала дергаться от каждой плохой мысли, которые все реже приходили мне в голову.

Увы, женщины устроены так, что нам крайне сложно просто жить и радоваться. Всегда нужно придумать себе печаль и активно страдать по ее поводу.

Но меня перевоспитывали!"

"Вчера ночью, сразу после долгого нежного секса, Клаус заявил, что скоро на неделю улетает в Лос-Анджелес.